После того, как я уложил Семена на асфальт ударом ноги с разворота, он перестал со мной даже здороваться. Только злобно косился, когда я проходил мимо, но больше выяснять отношения не лез. Мне, честно говоря, на его неприязнь было начхать, как впрочем, и на осуждение женской части коллектива. Я простой дворник, в контору захожу редко, и мне с ними всеми не детей крестить. К тому же уже скоро мы расстанемся, надеюсь навсегда, потому как, после армии возвращаться работать дворником, у меня не было никакого желания.
Мои отношения с Викой наоборот набирали обороты. Мы теперь встречались почти каждый день, за исключением тех дней, когда я ездил на тренировки по самбо. Это бывало два три раза в неделю. Мужики в секции боевого самбо уже знали, что мне скоро предстоит служба в армии и, по-дружески посмеиваясь над салагой, давали советы, что да как. Советы были с непередаваемым армейским юморком, который, впрочем, был для меня не внове, потому как, хоть в советской армии я не служил, зато послужил в российской, а разница не сказать чтобы была такая уж большая. Впрочем, никто из моих отслуживших в армии товарищей по тренировкам, не сомневался, что с моей-то спортивной подготовкой, я попаду либо в ВДВ, либо в морскую пехоту, либо в СпН и буду там на хорошем счету. Я же усиленно делал вид, что внимаю их армейской мудрости и все мотаю на несуществующий ус. Мне не трудно, а им пусть будет приятно.
За прошедшее время Вика несколько раз оставалась ночевать у меня, завладев на время пребывания всей властью у меня в квартирке, каковую, впрочем, я и сам безропотно отдал ей. Она заставила меня, расставить по новому всю мебель, переложила в другом порядке мои вещи в шкафу, наготовила кучу вкусных вещей, забив холодильник продуктами, и установила прямо драконовские порядки по чистоте. Я и сам далеко не свинтус, порядок в квартире поддерживать умею, но у Вики с этим просто пунктик. Пришлось подчиниться. А что поделаешь, внучка и дочка генералов умеет настоять на своем.
Отрывался я на ней в спортзале, который находился через стенку от моей служебной квартирки. Вот в зале мой авторитет для Вики был непререкаемым, что в присутствии остальных учеников, что когда мы занимались там только вдвоем. Правда, если я слишком сильно усердствовал в зале, то мне потом вдвойне доставалось в постели, но я на это точно был не в обиде, потому что и в кровати Вика была великолепна, как и во всем, что она делала. Черт возьми, я бы назвал ее идеальной девушкой и спутницей жизни, если бы она не была так дьявольски умна и проницательна. Это меня серьезно напрягало, потому, что пока, я был не готов открыться перед кем-то вообще, ну кроме, Ваньки Карабанова, если бы он вышел на связь.
Ваня пока так и не проявил себя. Я все еще ждал, что он однажды появится на моем пороге, или перехватит где-то на участке, и заранее подготовился к этому разговору. Ваньке я доверял на все сто процентов и был готов рассказать ему все, естественно после некоей предварительной подготовки. В прошлой жизни мы не раз прикрывали спину друг другу в очень сложных жизненных ситуациях. Он, как старший товарищ, меня многому научил и по жизни и в воинском искусстве. Если бы не он, я бы, наверное, не дожил бы до 2024 года. Его наука много раз прямо и косвенно спасала мне жизнь, а в январе 1996 года он, спасая меня, погиб сам. Верю, что смогу убедить Карабанова, что я не фантазер, только бы он появился.
То, что его до сих пор не было, могло иметь множество причин. Он мог просто мне не поверить, и не прийти опасаясь засады. Хотя тогда, на даче, он поверил и не выстрелил, имея полную возможность сделать это безнаказанно. А потом уже он сам подставил мне спину, когда открывал ворота и выезжал со двора. Второй вариант с ним могло что-то случиться. Ведь он вел очень опасную жизнь, которая полна рисков, как со стороны милиции, так и со стороны его подельников. Ну и третий вариант он мог появиться у моего дома тогда, когда меня держали на подмосковной базе ГРУ под Балашихой. Не застав меня на месте, он, скорее всего, рванул из Москвы и залег где-то в глуши. Дело все-таки очень серьезное. Попытка ограбления директора крупного предприятия, да еще и с тремя трупами это вам не шутки.
Как бы то ни было, я верил, что наша встреча с Ваней, это не случайность. Что-то, что закинуло меня в тело Юрки, свело нас вместе, чтобы сразу развести вновь, но это до поры до времени, и я знаю, что будет новая встреча.
Ну и еще одно важное дело занимало мои мысли. Уже скоро должна будет состояться покупка четырех золотых монет у Валентина Павловича. Я
вчера, как мы и договаривались, появился у него на точке, и мы прогулялись до церкви и обратно, договорившись по пути совершить сделку через два дня, то есть уже прямо завтра. Я очень рискую. Почти три тысячи рублей это весьма лакомый кусок для бандитов, а четыре золотых монеты это хорошее дело для милиции. Скупка золота помимо госучреждений, это серьезное преступление. Да и объяснить происхождение денег мне будет проблематично. Опасность может прийти как с одной, так и с другой стороны.