Шепот стих. Красный диск медленно и незаметно превратился в шар. Пора. Лось заставил себя сосредоточиться на управлении и процедуре посадки. Реостаты на ноль. Торможение. Из носовых сопел вырвались струи ослепительного оранжево-фиолетового пламени. Слишком сильно, Лось кинул взгляд на индикатор крена. Не перевернуться бы... Теперь он знает, что можно тормозить атмосферой, трением. Но нужно ещё больше снизить скорость, иначе его ждёт судьба метеорита. Сверкающим красивым болидом промелькнуть в бледном голубом небе. И исчезнуть. Бездарно и бесполезно, как... Те слова. Прочь! Не до вас! Он тряхнул головой, процедил ругательство. Он не исчезнет. Не для того все произошедшее, не для того прошли эти последние два месяца. Аэлита ждёт!
Он положил перед сидящим напротив человеком газету, медленно развернул. И посмотрел ему в лицо. Молча. Слова были не нужны. Алексей Иванович Гусев отвел глаза. Негромко кашлянул, коснулся пальцем кончика носа и потёр его. Лось молчал. Гусев откинулся на спинку стула, пожал плечами, вздохнул.
- Ну что смотрите, Мстислав Сергеевич? Убейте меня, хотите? Револьвер дам. Ну?
- Я пригласил вас не для этого, Алексей Иванович, - Лось усмехнулся и свернул полугодичной давности ''Нью-Йорк Таймс''.
Там была большая статья о последней поездке Гусева по Соединённым Штатам Америки с серией лекций и выступлений. Изысканная публика с неослабевающим интересом внимала увлекательной эпопее ''марсианских приключений'' Красной Парочки из Страны Советов. Даже их неуклюжая попытка совершить там революцию воспринималась с доброй иронией и пониманием - два крутых парня попытались сделать дело. Вполне по-американски, верно? Не вышло? Бывает. Зато увлекательно и окупилось. Это в Америке знали точно - Гусев продал там за баснословные деньги привезенные ''безделушки''. Лось успел забыть золотое ожерелье, подобранное спутником в разрушенном городе в первые же часы после посадки. Он не обращал внимания и на остальное. Гусев же даром времени не терял, и вернулся на Родину изрядно разбогатевшим. Лось не вникал во все это, по правде говоря, не желая иметь ничего общего с мародерством. Сколь угодно называй Гусева ''красным конкистадором'' в газетных статьях - это называется мародерством. Сам Лось привез с собой только одну небольшую книжку. Она просто случайно оказалась на дне сумки во время бегства. Он обнаружил ее уже на Земле... Последний прощальный привет от навсегда покинутой Тумы. Поющая книга... С каким трепетом он тогда раскрыл ее, ожидая услышать тихую тонкую мелодию. Книга молчала. На Земле она отказалась петь. Да, это от того, что не было электромагнитного поля, на которое она была
настроена. Все просто. Но как же тогда стало больно, словно захлопнулась последняя маленькая дверца в тот волшебный мир. Едва приоткрылась, позвав проблеском света - и закрылась навсегда. Не дав войти, не дав даже заглянуть.
Гусев не был озабочен подобными интеллигентскими выкрутасами, будучи человеком обстоятельным и практичным. Что плохо лежит - должно лежать хорошо. Желательно в кармане переложившего. Количество предметов было ограничено и к Гусеву в Америке выстроилась очередь из богатых покупательниц. Возникла мода на ''марсианский стиль'' украшений. Видные ювелиры начали копировать и создавать целые ''марсианские коллекции''. Надо ли говорить, насколько оригинал стоил дороже копии или подражания. Лось не следил за этим, зачем? От честно предложенной Гусевым доли он отказался. Только об одном он попросил - ни слова про Аэлиту. Было невыносимо больно представить ее имя на развороте бульварной статьи. Гусев обещал. Так было. До этогo дня, когда Лось положил перед ним газету.
Огромная статья. В центре - фотография. Калеб Вайнант, видный магнат-оружейник из Колона, брат губернатора Нью-Гэмпшира Джона ''Гила'' Вайнанта, приобрел для своей дочери Констанции редчайшую марсианскую драгоценность. Подарок на день рождения. На фотографии - высокая девушка с красивым чеканным лицом, холодные глаза спокойно смотрят в объектив камеры. Волосы свободно падают на плечи, Лосю почему-то показалось, что они рыжие. Небольшая изящная диадемка, явно сделанная под подарок отца. На подчеркнуто открытой шее - тонкая цепочка, на которой висит заделанная в металл лапка зверька. Немного смешное украшение, талисман на счастье. Лось впился глазами в фотографию, сердце дало перебой, пальцы с хрустом сжали края газеты. На шее Констанции Вайнант висел талисман Аэлиты. Рядом двое молодых мужчин, братья Клайд и Гилберт Грифитсы, текстильные воротилы из соседнего Ликурга. Ну и названия, кто-то там любил греческие мифы. А Троя там есть, интересно? Американцы... Вот ведь как похожи, почти близнецы. Лицо Гилберта выглядит неприятно, ишь, целится... И эта ироническая усмешка... Его братец не лучше, на губах вроде улыбка, но глаза... Жуть. Застывший лед. Небольшого роста хрупкая девушка держит его под руку - это Роберта Грифитс, Лось невольно присмотрелся к ее лицу. И к лицу ее мужа Клайда. Что-то не так. Они не хотят здесь быть, им не по себе. Взгляд опустился ниже, на фотографии видны пальцы Роберты, они сильно сжаты на руке мужа. Она боится? Почему? И - раньше он не заметил бы этих тонкостей в выражениях лиц и глаз. Но эта мысль мелькнула - и исчезла.