Ладно, снимаемся, Стэйк твой там уже поджарился на солнцепеке.
Пришлось более километра пробираться сквозь высокую траву, чтобы выбраться на поляну, где под Солнцем, разгорячившимся в этот день на одолевавшую лето непогоду, их ждал Форд, с запертым внутри Стэйком. Он метался по салону, словно муха в перевернутом стакане, возможно, сам не зная для чего.
Смотри, кэп, кивнул Думан. Еще говорит, что покончил с наркотой.
В туалет, наверное, хочет, слова Арсена встревожили Думана, и он побежал к машине, чтобы скорее выпустить парня на улицу.
Завидев полицейских, Стэйк перестал дергаться и сел без движения, словно манекен. Отлить он, как выяснилось, не хотел, и причину своего неспокойного поведения ничем объяснить не смог. Думан сообщил ему, что его информация оказалась неверной, и что он не заплатит за пустышку ни гроша. Стэйк расстроился, но не стал спорить. Когда полицейские уже были готовы двинуться в сторону города, Стэйк попросил высадить его.
Зачем? спросил Думан.
У меня дела, ответил парень и стал вглядываться в заросли, будто дела стояли за окном и призывно махали ему рукой.
Какие дела? Обкурился что ли? Думан посмотрел на него с удивлением и раздражением одновременно. Знаешь, до города сколько?
Нет, нет, мне нельзя в город, Стэйк стал безуспешно дергать дверную ручку. У меня здесь дела возникли срочные, я сам это Приеду потом. Завтра.
Думан быстро выходил из себя, когда ему приходилось общаться со Стэйком, и поэтому, во избежание конфликта, он открыл дверь и позволил Стэйку выйти. Едва ступив на землю, он быстро умчался в другую от леса сторону.
Парень надурил нас, вздохнул Арсен. Доехал бесплатно и безопасно.
Вот урод, точно, Форд двинулся с места. Хотя что ему тут делать одному. Придурок какой-то.
Выбираясь на дорогу с тропинки, Думан заметил в зеркале заднего вида, как Стэйк, уже ставший маленькой точкой, пробежал в обратном направлении, в сторону леса.
Баран, шепнул старший лейтенант. Попадись мне еще.
За пол часа езды ни один автомобиль не проехал ни в попутном, ни в встречном направлении. Однообразный пейзаж за окном, лишь местами разбавленный парой-тройкой притаившихся лачуг, угнетал. Друзья говорили на отстраненные темы, пытаясь скоротать путь, но такие темы быстро исчерпывали себя, и наступала тоскливая тишина, от которой обоих клонило в сон.
В очередной раз очнувшись от неспокойной дремы, Арсен протер глаза и посмотрел сначала на друга, а потом в окно.
Если устал, я подменю, заявил он, так как ему показалось, что Думан уже спит с открытыми глазами, убаюканный монотонным движением по пустой трассе.
Да не, бодро ответил напарник, расскажи, лучше, что-нибудь.
Капитан отхлебнул напитка из маленькой бутылочки, уже довольно давно привлекавший его внимание между сиденьями. Вынув из кармана брюк пачку сигарет, он бросил ее на панель перед собой и вздохнул.
Я думал над нашим
разговором, наконец, заговорил он, и уставшие глаза Думана на какое-то мгновение широко раскрылись. Так или иначе, я связываю свое будущее с Асель.
Да ну, неужели? не без доли сарказма спросил Думан.
Да, и, капитан смотрел на проносившиеся мимо столбы, щурясь от ярко светившего Солнца. Если мы будем вместе
Не «если», а «когда», поправил его напарник.
Я оставлю эту работу. Слишком много смертей для одной жизни. Ты ведь и сам понимаешь, что наша работа и личная жизнь несовместимые понятия. Пока я был один и меня не посещали мысли о вещах, не связанных с работой, все было хорошо. Но все изменилось с тех пор, Арсен посмотрел на Думана, пытаясь предугадать, как друг отреагирует на его слова. Если у тебя есть любимый человек у тебя есть страх его потерять. Если у тебя есть страх ты слаб. А людям, у которых есть слабые места не место в полиции, ты же знаешь. И для управления, и для нас с Асель будет лучше, если я оставлю эту работу.
Автомобиль слегка подскочил на дорожной выбоине, и Думан злобно выругался, глядя в зеркало заднего вида так, словно в нем отражался его злейший враг.
Переберемся с ней туда, где потише, открою свое маленькое дельце.
Думан довольно хмыкнул, почему-то представив напарника в роли владельца автомастерской в Богом забытой провинции.
И знаешь, брат, я не буду чувствовать себя изменившим своей мечте, бросая работу о которой мечтал и когда-то любил только в одном случае если завершением моей карьеры будет успех операции, к которой мы все готовимся. Я буду спокоен, что все ублюдки, которые сегодня не дают этой стране дышать, находятся за решеткой и что в этом есть и моя заслуга. Моя совесть будет чиста, мой долг будет исполнен. Тогда я смогу жить другой жизнью. А с последующими поколениями ублюдков пусть сражаются те, кто будет сильнее нас. А я смогу жить как все. Не за кого-то, а за наше с Асель будущее.
Ну ты сказанул, Думан восхищенно помотал головой. Долго репетировал?
Серьезно, старик, хватит с меня этих ночных кошмаров. Все мои сокурсники сейчас женаты и счастливы.
Ну, насчет счастливы еще не факт, заметил Думан. Улыбчивая рожа на страничке в соц. сети еще не признак счастья.