До скользкого склона бедуины добрались лишь минуту спустя. Непозволительная медлительность, надо сказать. Там их встретили первые бойцы коридора смерти. И, к превеликому сожалению, мишеней было разве что на взвод. Вроде и лезут, а вроде и всего-ничего!
Пуль было значительно больше, чем целей.
Дым понемногу рассеивался. Площадь явила разноцветные плоды кровавой жатвы. И плевать, что снежная зима это отнюдь не время для сбора урожая.
Вместе с тем, стало значительно больше и новых врагов. Бородатые лица оглядывались в поисках угрозы, тыкали пальцами на тех, кого заметили, а командиры разворачивали боевые порядки в сторону оных. Но и так ничего толкового не вышло! Сзади подошла новая волна и попросту нарушила намечающийся порядок.
А тут и третий залп прогремел!
Бедави падали замертво быстрее чем успевали прибывать. Вроде бы только внутрь вошли, а пуля тут как тут! И слава Свету, если не в тебя, а в товарища.
Очень скоро на площади образовались отдельные очаги сопротивления. Воины прятались за обломками и пытались вести ответный огонь. Бестолково ли? Да. По большей части да. Хотя и по ним особо не летело. Хватало ростовых мишеней и групповых мишеней чуть поодаль.
Только разобравшись, что попали в окружение, пустынники сумели сориентироваться. Сначала редкие группы, но затем всё больше и больше их брата рванули к единственному проходу!
Ведь вот он, спасительный подъём! Казалось бы, со всех сторон бьют, а тут тихо! Глупые, глупые островитяне! Не додумались перекрыть улицу!
Раздалась короткая команда и человеческая масса хлынула к подъёму. На местах остались только шокированные и трусы, не желающие покидать позиций за обломками.
Ещё и защитники не спешили косить храбрецов
На деле же, одни перезаряжали свои ружья, а другие, сломя голову, рвались в ловушку. И, едва до неё добравшись падали навзничь. А как не упасть, когда ноги разъезжаются
Первые шеренги влетали лицами в ледяной покров, редкие вояки выставляли руки и немного проезжали по катку. Вторые по инерции наступали на незадачливых товарищей, но лишь затем, чтобы тоже растянуться на льду пару шагов спустя. Третьи тоже не отставали.
А в довершении ко всему сверху открыли
огонь.
Кто сориентировался и ещё не успел упасть попытались убраться обратно. Но сзади уже напирали четвёртые, пятые, шестые порядки
Давка причиняла едва ли меньше потерь, чем летящие навстречу пули. А ведь стрелять было приказано максимально прицельно и взвешенно. То есть, встречного шквального огня фактически не было.
Стрелы тоже не летели. Наёмники и сержанты приказали ополченцам перезаряжать огнестрел, пока задницу не припекало и была такая возможность.
Спустя минуту бесконечного расстрела ситуация не изменилась. Площадь заполонила несметная толпа. С одной стороны напирали всё новые и новые подразделения, а с другой им было попросту некуда деться.
Тогда, редкую трель выстрелов нарушил прерывистый свист. Батя подал ещё один оговоренный сигнал. А в следующий миг заговорили пушки. Но только два ствола!
Необходимо сказать, что наёмники серьёзно переоценили возможность артиллерии. Ну или плотность, с которой набилась площадь
Картечь с трудом выкосила ничтожные пятидесятиметровые просеки. Да и те сразу же заполнились новым мясом. Двуногим и совершенно не понимающим, что ему делать!
Ни отдельная шрапнель, прошедшаяся по головам, ни успевшие перезарядиться и дать ещё один залп стрелки, не исправили ситуацию. Враг напирал с такой плотностью, что попросту не ощущал потерь.
Передним рядам оставалось или идти вперёд, или лезть на стены.
И они полезли!
Сначала отдельные ловкачи, а затем всё больше и больше наглецов пользовались головами и плечами товарищей как ступенями.
Огневой рубеж вокруг площади заглох и обратился линией соприкосновения!
Поначалу, гремели выстрелы в упор, но заряженное оружие закончилось. В ход пошли мечи. Причём, со стороны обороняющихся. А вот атакующие, если и лезли наверх, то исключительно с заряженными стволами!
Слава Свету, что стрелять им было не так сподручно, как бойца стоящим на твёрдых крышах. Пожалуй, только это и помогало избежать существенных потерь среди бригады и островитян.
Первые лихо махали мечами, а вторые остервенело тыкали древковым оружием. К сожалению, нормальных копий там было меньше трети
Следующая колонна бедуинов ворвалась в застенки в прямом смысле по головам предыдущих. Давка усилилась. Вой сотен, а может и тысяч глоток становился всё оглушительнее. А штурмовики уже значительно проще добирались до укреплений.
Прерывистый свист повторился. Грохнула артиллерия и человеческое море просело. В этот раз рубленный свинец справился лучше.
Первая пара пушек ещё перезаряжалась, вторая только-только отстрелялась, а последние две Батя пока не хотел использовать.
Спустя секунды, бедави снова предприняли штурм во все стороны сразу!
Вопль «Свет велик» утонул в воинственном рёве, а бойцы нахлынули с новой силой. И если на льду они терпели мгновенную неудачу, едва проходя даже метр, то на стены получалось лезть куда проще!
Вот раздался стрекот мелкого калибра, это пошли в ход сержантские пистолеты. А вот и боевой клич со стороны обороняющихся!