Водоворот, который однажды чуть не затянул мой корабль в себя, я прошёл по самому краю. Пришлось приложить все силы, чтобы не оказаться им проглоченным. Вёсла во время этой борьбы за жизнь гнулись и трещали, ещё более громко хрустел и скрипел плот, предупреждая, что может не выдержать такой нагрузки.
«Ничего, создательница оживит, если что», мысленно подбадривал я себя во время этой борьбы, когда сложилось ощущение, что я её проигрываю.
Но всё обошлось, и спустя несколько часов сражения со стихией я вышел на чистую воду. У меня не было карты настолько подробной и отлично сохранившейся, как та, которой пользовался я на корабле во время плавания с магессами. Приходилось двигаться по пергаментным и бумажным обрывкам, да по памяти, так что, ничего удивительного не было в том, что я заблудился. Сами попробуйте отыскать мелкий островок в океане, про который знаете, что он находится «во-он там».
Спустя неделю половина запасов воды была выпита, а часть мяса и рыбы приобрели едва заметный неприятный запашок. Конечно, организм мастера руны способен без последствий утолять жажду морской водой (даже такой, как в Сахе) и питаться тухлым мясом с червями. Вот только кому понравится подобная диета?
*****
Сквозь дремоту я услышал насмешливый мужской голос.
Эй, на борту, куда путь держим?
В первые секунды мне показалось, что это часть сна, который полностью испарился из памяти в момент пробуждения, оставив о себе лишь факт того, что он был.
Продрав глаза, я повернул голову в сторону, откуда раздавалась речь.
А ты говоришь, что он мёртвый, сообщил мужчина с чёрной бородкой клинышком своему соседу.
Оба стояли у борта небольшого судёнышка с пятью парами больших вёсел и низкой мачтой, на которой сейчас болтался простейший квадратный парус. Да он просто спал!
Вы мне снитесь или как? хриплым со сна голосом произнёс я.
А сам как считаешь? ответил обладатель бородки.
Я, наконец-то, окончательно проморгался, протёр глаза после сна и принялся внимательно рассматривать чужой корабль и его экипаж. К этому моменту возле борта стояли уже шестеро моряков и точно так же разглядывали меня.
Вот на палубу заберусь и тогда точно пойму.
Ха, да кто ж тебя, босяка, сюда пустит, воскликнул один из тех, кто недавно появился у борта корабля.
Можно устроить, но за плату, ответил товарищ бородатого. И поработать придётся, как же без этого. Но за жизнь-то чего только не сделаешь, так? и как-то странно подмигнул, с непонятным превосходством.
Сколько? поинтересовался я у него. Отдать часть трофеев за спокойный проезд в безопасное место я был совсем не против. Уж лучше расстаться с ними, чем опять блуждать по морю в тщетных поисках острова. Он никак не желал показываться на глаза, будто был заколдован. И поработать на вёслах согласен, сил у меня сейчас на троих хватит.
Сколько? переспросил он, потом посмотрел на товарищей. Мне ничего не нужно, братья, а вам? Пустим человека на палубу просто так или пусть заплатит монетку? Может, кто-то захочет, чтобы он выполнил какую-нибудь услугу? Братья, кто в чём нуждается
Заканчивай кривляться, одёрнул его я, опять почувствовав в его голосе какую-то наигранную фальшь. Называй свои условия или проваливай дальше и не мешай мне отдыхать.
Ого, Тиур, да тебе самому выставили требования, хохотнул бородатый. И что делать будешь?
У того на лице вздулись желваки.
Я подумал и решил, что для такого голозадого бродяги слишком жирно будет попасть на мой корабль, произнёс он, когда справился с приступом злости. А хотя знаешь, не по правилам будет бросить человека в этом проклятом месте, не дав ему даже шанса на спасение. За место на весле ты отдашь всё, что у тебя есть и поклянёшься своей кровью, что ещё пять месяцев станешь служить в моём экипаже без права на долю.
«Зараза, и что меня дёрнуло начать с ним спорить и указывать. Ничего же не стоило промолчать и проглотить его шуточки-прибауточки за возможность нормально добраться до суши», я мысленно скривился и одновременно с этим вдруг понял, что не вышло бы у меня стерпеть чужие издевки. То ли виновато долгое общение с падишахинями, то ли Пристэнсилла переформатировала моё сознание, когда создавала тело и вкладывала в него душу. Но даже такую мелочь, как недавнее поведение моряка, я не смог стерпеть просто так. За такие слова, я тебе рожу начищу на берегу, когда встретимся. Давай, плыви куда плыл, не загораживай солнышко.
После моих слов тот обомлел и не сразу нашёл, что ответить. Обладатель бородки что-то сказал ему на ухо. В ответ Тиур отрицательно помотал головой и что-то резко произнёс в ответ, предположу, что это было ругательство. А вот другой моряк показательно громко сказал:
Тиур, а давай я этому ублюдку кишки стрелой пощекочу? Наукой на будущее станет, чтобы знал, кому дерзить.
Услышав это, я напрягся и оценил расстояние до вражеского судна на случай, если придётся сражаться.
«Где-то двадцать, ну, двадцать пять метров максимум. Интересно, а во время ускорения я сумею пробежаться по воде?», подумал я.
Не стоит, не хватало ещё кровью привлечь сюда тварей, нехотя отказал ему Тиур. И так сдохнет.