Брось, ворюга! кричал Василий, пытаясь угнаться за котом.
Держи его! кричала Маша, подпрыгивая от возбуждения.
(Как вы понимаете, кот не кричал, он сжимал зубами рыбину и кричать ему было совсем не с руки, точнее, не с лапы).
Как Василий ни старался, но тот, кто бегает на четырёх ногах всегда опережает двуногого. Мальчик вернулся сердитый, взял ведро, набрал в него снова воды и поставил рядом с Машей.
Присматривай за ним, сказал он.
А кто это был? спросила Маша.
Это наш деревенский разбойник. Пришёл в прошлом году откудато, поселился здесь гдето, и промышляет помаленьку тащит всё, что плохо лежит: то яйца из курятника, то рыбу у рыбаков, гнёзда птичьи разоряет, по помойкам лазает. С котами дерётся, всех уж распугал, даже собак не боится. Вчера у соседки умудрился с окна крынку с молоком скинуть, пока её дома не было. В общем, бедовый кот, и в руки не даётся.
Бедненький, пожалела его Маша, наверное у него было тяжёлое детство, никто его не воспитывал и не любил, вот и вырос такой хулиган.
Ага, жалей его, сказал Василий, он тебя не пожалеет.
Это неправильно, возразила Маша, наука о воспитании утверждает, что воспитать можно любую личность, только нужно проявлять терпение и уважение.
Глупости, сказал Василий, эту разбойную личность воспитывать уже бесполезно, что выросло, то и выросло. Жалко, такой хороший лещ был, вздохнул он.
Они снова закинули удочки и в молчании стали ждать. Хотите верьте, хотите нет, но через час после того, как уплыл сом, у них было полное ведро рыбы, и даже таз удалось заполнить.
Это лещ, это краснопёрка, это окунь, объяснял Маше Василий, вынимая каждую рыбку из ведра и поворачивая во все стороны.
А Маше было немного жаль этих рыбок, но глядя на горящие глаза Василия, она ничего не стала говорить. Да и лещ сам ведь тоже кемто питается, а ктото, в свою очередь, питается лещом, например, Василий. Нет в мире гармонии.
Василий опустил в речку палец, потом засунул его себе в рот и многозначительно изрёк:
Всё, сворачиваемся, лёд растаял, вода снова нагрелась.
Поставив улов в тележку, они отправились обратно домой.
«Да, подумала Маша, размышляя о кубиках льда, ничто человеческое рыбам не чуждо».
Глава 5. В которой появляется бабушкин сосед Дядя Сеня.
Здравствуйте, Маша, начал Крот, я всё узнал. Жукитравокосы живут в соседнем лесу, но сейчас все улетели на фестиваль жнецов в Австрию, вернутся не раньше, чем через месяц. Так что ничего не выходит.
Маша уже не удивлялась ничему. Ну в Австрию, так в Австрию, там лугов много.
И тут Маша вспомнила слова бабушки про жука.
Вот что, сказала она Кроту, я попробую попросить нашего соседа, дядю Сеню. Вдруг у него спина уже прошла, он как раз косой косить умеет. Подождите меня здесь, я к нему сейчас сбегаю.
Дом дяди Сени стоял в ста метрах от бабушкиного. Он был довольно старый, дерево потемнело от времени, шифер на крыше покрылся мхом, забор перекосило. Дяде Сене было за пятьдесят, жил он один, работал трактористом в соседнем совхозе, но у него периодически побаливала спина и на время
приема лекарств он отсиживался дома (причём, по его словам, лучшим, что ему помогало, была бабушкина наливка, настоянная на клевере и одуванчиках).
Маша постучала в дверь и вошла. Дядя Сеня сидел за столом и играл сам с собой в шашки.
Здравствуйте, я Маша, я к бабушке приехала на лето.
А, Агафьина внучка, протянул дядя Сеня, ну здравствуй, здравствуй, заходи, присаживайся, сейчас чайком угощу, только он и остался.
Нет, большое спасибо, не нужно, ответила Маша, я к вам с просьбой пришла. Не могли бы вы покосить косой наш участок за домом, а то он совсем уж зарос.
А как же ваша газонокосилка, спросил дядя Сеня, она что, сломалась?
Ага, не моргнув глазом, подтвердила Маша, но потом вспомнила, что обманывать не хорошо, и продолжила, да нет, просто по своим шумовым характеристикам она не совсем подходит для окружающих живых существ, нарушая их право на отдых.
Эко ты мудрёно изъясняешься, задумался дядя Сеня, это кто же такие окружающие вас живые существа, я что ли, или бабка Марфа Травница? Так она совсем уж глухая, и старая восемьдесят годков настукало а я так привык, у меня трактор знаешь, как шумит, ваша косилка по сравнению с ним просто лёгкое журчание рядом с водопадом. Или Агафье шум не нравится?
Маша, понимая, что за маленькой ложью потом следует ложь побольше, а потом и уж совсем большая, что в итоге заведёт в тупик, решила остановиться на бабушке, тем более, что она тоже живое существо и в её возрасте такой шум тоже противопоказан.
Ага, кивнула она, бабушке и курам: они очень нервничают и перестают нестись.
Ну да, согласился дядя Сеня, курам точно нельзя переживать, а то где я ещё яички брать буду? У твоей бабушки они самые вкусные в деревне. Косой то конечно можно, но понимаешь, в чём дело, спину я потянул опять, полечить её нужно, а Агафья настойки не даёт, говорит закончилась, а без неё ничего не помогает.
Я сейчас сбегаю домой и поищу, предложила Маша, вдруг гденибудь осталось немножко. Вы подождите, я скоро вернусь.
И припустила к дому. Дома, конечно ничего не оказалось, но Маша вспомнила про настойку бабушки Крота, которая на корешках лопухов и, решив, что лопухи ничем не хуже одуванчиков и клевера, отправилась на задний двор, где её дожидался Крот.