Нижний этаж дома занимал богатый торговец, но у мистера Монтегю оставался весь верх и великолепная это была квартира! Комната, в которой он принял Джонаса,
была просторная и изящная, убранная с необычайной роскошью, ее украшали картины, гипсовые и мраморные копии с антиков, китайские вазы, высокие зеркала, малиновые занавеси тяжелого шелка, резьба и позолота, мягчайшие диваны, сверкающие хрусталем шкафчики с инкрустацией из драгоценного дерева, дорогие безделушки, небрежно разбросанные повсюду. Единственными гостями, кроме Джонаса, были доктор, управляющий делами и еще два джентльмена, которых Монтегю представил по всем правилам этикета.
Дорогой друг, я счастлив вас видеть. С Джоблингом вы знакомы, кажется?
Я полагаю, любезно ответил доктор, выступая из круга, чтобы пожать руку Джонасу. Думаю, что удостоился этой чести. Надеюсь что да. Уважаемый, вы здоровы? Вполне здоровы? Отлично!
Мистер Вольф, сказал Монтегю, как только доктор дал ему возможность представить двух других, мистер Чезлвит. Мистер Пип, мистер Чезлвит.
Оба джентльмена были чрезвычайно рады такой чести познакомиться с мистером Чезлвитом. Доктор отвел Джонаса в сторону и шепнул ему, прикрыв рот ладонью:
Светские люди, уважаемый, светские люди! Гм! Мистер Вольф деятель литературы, только говорить об этом не надо, замечательно интересная еженедельная газета! О, замечательно интересная! Мистер Пип деятель театра, превосходный собеседник о, превосходный!
Ну, сказал Вольф, скрестив руки и продолжая разговор, прерванный появлением Джонаса, так что же сказал на это лорд Нобли?
Да просто не знал что сказать, ответил Пип, загнув крепкое словцо. Черт возьми, сэр, так и молчал, как пень. Но вы же знаете, какой отличный малый этот Нобли!
Лучше и быть не может! отозвался Вольф. Не дальше как на прошлой неделе Нобли мне сказал: "Ей-богу, Вольф, если б у меня был в распоряжении богатый приход да если б еще вы воспитывались в университете лопни глаза мои, я бы сделал вас пастором!"
На него похоже, сказал Пип и опять загнул словцо. И сделал бы!
Нечего и сомневаться, сказал Вольф. Но вы хотели рассказать нам
Ах, да! воскликнул Пип. Верно, хотел. Сначала он совсем онемел, лишился языка, ну просто обмер, а потом говорит герцогу: "Здесь Пип. Спросите Пипа. Пип наш общий друг. Он знает". "Черт возьми! говорит герцог. В таком случае я обращаюсь к Пипу. Ну, Пип, кривоногая она или нет? Скажите нам!" "Кривоногая, ваша светлость, клянусь князем тьмы!" говорю я. "Ха-ха! смеется герцог. Конечно, кривоногая. Браво, Пип! Хорошо сказали, Пип. Вы молодчина, Пип, провалиться мне, коли не так! Если у вас будет собираться светское общество, рассчитывайте на меня, когда я в городе". И с тех пор я постоянно его приглашаю.
Конец анекдота доставил всем огромное удовольствие, которое отнюдь не уменьшилось от доклада, что обед подан. Джонас отправился в столовую вместе с хозяином и занял место между ним и своим приятелем доктором. Остальные разместились за столом, как люди, давно освоившиеся в доме, и все одинаково отдали честь обеду.
Обед был отличный, самый лучший, какой только можно достать за деньги или в кредит (что в сущности все равно). Блюда, вина и фрукты были самые отборные. Сервировка отличалась элегантностью. Серебро было великолепное. Мистер Джонас занялся подсчетом, во что может обойтись одна эта статья, когда хозяин потревожил его:
Стакан вина?
О! сказал Джонас, который уже выпил несколько стаканов. Этого сколько вам угодно. Слишком оно хорошо, чтобы отказываться.
Прекрасно сказано, мистер Чезлвит! крикнул Вольф.
Ловко, честное слово! сказал Пип.
Положительно, знаете ли, это ха-ха-ха, заметил доктор, кладя вилку с ножом на стол, а потом снова принимаясь за еду, это положительно эпиграмма, ну совершенно!
Вы не скучаете, я надеюсь? спросил Тигг Джонаса, наклонившись к нему.
О, вы напрасно беспокоитесь на мой счет, ответил тот. Мне отлично!
Я подумал, что лучше обойтись без званого обеда, сказал Тигг. Вы обратили внимание?
Ну, а как же это, по-вашему, называется? возразил Джонас. Не хотите же вы сказать, что у вас так бывает каждый день?
Дорогой мой, сказал Тигг, пожимая плечами, решительно каждый день, когда я обедаю дома. У меня так уж принято. Не стоило затевать для вас что-нибудь необыкновенное, вы бы это сразу заметили. "Будете устраивать званый обед?" спрашивает Кримпл. "Нет, не буду, говорю я. мы его примем запросто".
А получилось роскошно, ей-богу, сказал Джонас, оглядывая стол. Ведь это стоит недешево.
И очень даже, если говорить прямо, отвечал Тигг. Это моя страсть. Вот на что уходят мои деньги.
Джонас прищурил один глаз и сказал.
Ой ли?
А разве вы не будете тратить на то же свою долю прибылей, когда присоединитесь к нам? спросил Тигг.
Ну, уж нет, отрезал Джонас.
Что ж, вы правы, сказал Тигг с дружеской прямотой. Вам и не нужно. В этом нет необходимости. Кто-нибудь один должен этим заниматься, чтоб не растерять клиентов, но пускай уж это будет по моей части, раз доставляет мне удовольствие. Вы, я думаю, не откажетесь хорошо пообедать на чужой счет?