Вай! Ты не понимаешь. Я всех подвёл. Я вас чуть не убил. Это была бы не свадьба. Какая свадьба на крови?
Так это ты в нас врезался?
Нет Я в той машине был. Кино снимал про свадьбу. Я всё время водителя подгонял. Давай быстрей, быстрей! А он вот взял и в вас врезался.
Ну, у него-то своя небось голова на плечах. Он мог бы и не ехать так быстро. Ты-то тут причём?
И он тоже виноват. Но я Я камеру разбил. Кино не будет про свадьбу. Как я потом в глаза товарищу Саркисову буду смотреть. Он скажет, что я бесполезный
А Саркисов это дядя Саркис?
Да. Саркисов Саркис Арменович, второй секретарь горкома. Он кавор на свадьбе.
О, как. Это мы удачно зашли. Выходит, что меня сам второй секретарь горкома под ручку из канавы вытаскивал.
А парень этот как бы так сказать, «потерял лицо». И теперь ему все будут вспоминать ещё долго, как он на свадьбе перед всеми родственниками и солидными людьми облажался
Поясни мне: Кавор это кто?
Понимаешь, на нашей свадьбе кавор это главный человек. Как по-русски отец
Ясно. У нас тоже на свадьбах бывает очень важный человек. Говорят или свадебный генерал, или посаженный отец.
Натан закончил свои процедуры, и мы снова поехали дальше. А я продолжил свой допрос:
Тебя как зовут?
Тигран.
А меня Маша.
Я знаю
А ты камеру совсем разбил?
Да. Вдребезги. Я камеру выронил, когда врезались, а по ней следующая машина проехала.
И много уже наснимать успел?
Только зарядил новую
катушку.
А плёнки целы?
Да. Плёнки целы. И запасные тоже есть. Вот в сумке. Но камера
Ну, так найди другую камеру. В чём проблема?
Ты не понимаешь. Где я прямо сейчас камеру найду? Таких камер как у меня вообще только две в Туапсе. Только у меня и вторая в студии.
В какой студии?
Студия местная. Там работает такой мужик. Русский. Сергей Трофимыч. Он фронтовик. На войне снимал. Сейчас вот тут работает. Снимает хронику, мероприятия всякие. Меня тоже он учил Он профессионал, а я студент ещё. Мне дядя подарил камеру на день рождения.
Дядя Саркис?
Нет. Другой дядя. Дядя Арман.
Хорошо у вас, у армян, столько разных полезных дядей
Стоп. Сколько стоит новая камера?
Много.
Я не знаю такой суммы много. Я спросила сколько?
Четыреста рублей.
А он продаст тебе камеру?
Нет. Он хочет другую купить, но она дорогая.
Тем временем мы приехали куда-то и разговор прервался. Оказывается, мы приехали на дом к фельдшеру. Женщина. Тоже армянка. Просила называть её тётя Ася. Хотя по-армянски её имя Астхик. Сразу сказала положить Натана на кушетку. Посветила ему в глаза и подтвердила мой диагноз. Сказала, что ему нужен покой. Сделал ему какой-то укол.
Я пытался докричаться до Инги, но она не ответила мне. Я долго кричал. А в ответ тишина
Сначала я умылся, а потом тётя Ася обработала мою рану на лбу перекисью и залепила пластырем. Ладно, с раной потом разберёмся. Я попросил Тиграна принести наш чемодан. А когда он принёс слегка сплющенный чемодан, то пояснил, что мне надо переодеться, и остался в комнате наедине с Натаном. Решил попробовать подлечить его сам без Инги. Поднёс руки к его голове и в духе Алана Чумака стал давать установку на выздоровление. Не знаю, что получилось, но зелёные искорки с кончиков моих пальцев срывались и исчезали в голове Натана. А потом я сказал ему: «Спи!» И он послушно уснул.
Я переоделся. Надел синее платье. Другого нет. Красные туфли взял свою маленькую красную сумочку, положил туда штук десять стольников и начатую пачку десяток.
По привычке спрятал под деньгами свой стилет. Сумку с нашим общаком и револьвером, подложил под голову спящего.
Выйдя из комнаты, я посмотрелся в зеркало.
Да-а Не комильфо. В верхней части лба наискось был прилеплен пластырь. И лоб был такой, слегка припухший.
Астхик-джан! А у вас нет ничего, чтобы прикрыть это? я указал на лоб. Может платок какой есть? Лучше если красный
Улыбнувшись, тётя Ася вышла из комнаты. Минут через пять я пристраивал на голове на удивление подходящий мне по цвету платок. Там на красном поле, по краям были синие и голубые цветы
Изобразив что-то типа банданы, я снова стал любоваться собой в зеркале. Получилось немного по-цыгански, но зато в цвет. Синее платье, с пояском. Красные туфли и красная сумочка. А на голове красный с синими цветами платок. Нормально.
Я вышел в коридор, поблагодарил тётушку, а потом скомандовал Тиграну:
Поехали!
Куда? он смотрел на меня удивлённо.
Я тяжело вздохнул и сказал этому молодому пареньку, который стоял с видом человека, собирающегося прыгнуть с Бруклинского моста:
Камеру тебе покупать поехали. И давай шустрее, а то скоро свадьба закончится.
Глава 4
Армянская свадьба.
Дело не стоило выеденного яйца.
Сергея Трофимовича мы нашли на местной студии. Я вкратце рассказал ему всю историю, со всеми подробностями.
Он проникся. Посочувствовал.
А потом мы стали торговаться. Впрочем, торговаться долго не пришлось, так как дядечка мне честно сказал, что ему не хватает на новую камеру ровно шестьсот сорок рублей.
Я сделал вид, что задумался. А потом расстроенным голосом спросил его:
Сергей Трофимович! Пожалуйста! Продайте мне эту камеру за семьсот рублей! У меня больше нет.