Но ты магистр, сможешь стать отличным помощником нашим юным ученикам. К тому же, может, найдешь себе ученика, и перестанешь бездельничать.
Как грубо, старейшина, усмехнулся Юнь Гун Чжэн, неужели я дал вам повод так обо мне думать?
Глядя на общение этих двух мужчин, можно было сказать «верх утонченности и приличий», но мало кто мог заметить хитрые взгляды и коварные полуулыбки между этими двумя. Оба даши были давними друзьями, причем это не красивый слог. Дружили они действительно уже долго. Не один раз они совместно отправлялись на охоту за темными силами и не единожды попадали в своеобразные и веселые ситуации. Все это так сблизило даши, что и по сей день, получив звания, они не могли отказать себе в совместных посиделках за пределами горы Бай Шань. Их разговоры всегда были в пределах манер, но только сами они знали, в каких словах проскальзывали шутки.
Ты тратишь столько времени на медитацию, когда в состоянии помочь мне в учении молодняка. А ведь я дал тебе даже соответствующее имя, старейшина прикрыл лицо веером, точно скрывая огорчение.
Или, вернее будет сказать, что иначе тебе придется самому заняться этим делом, усмехнувшись, заметил Юнь Гун Чжэн.
Ли Бэй Вэйж тут же легко помахал веером, точно ему стало очень жарко, на деле же он скрывал этим движением ухмылку.
Я так стар, разве смогу я уследить за этими шумными учениками? А вот ты молод и силен, самое время, чтобы передать свой опыт молодняку.
«И кому ты говоришь о старости, хитрец? Ты просто спихиваешь на меня свои обязанности».
Магистр, вздохнув, наконец встал с камня. С самого начала он понял, что выбора у него нет, и его отправляют в качестве сопровождающего на запад. По сути, изначально диалог был бессмыслен, но он надеялся найти лазейку, чтобы сбросить с себя сей груз. Заниматься с молодыми даши было всегда утомительно для старших, ведь юношеская кровь не давала тем спокойно выполнять поручения, и они всегда старались влезть в самое пекло. Лишь с годами они понимали, что не стоит гнаться за успехами, ведь для этого впереди им отведено множество лет жизни, а если нет, значит, ты слаб и все равно не сможешь поразить свою цель, а вот года жизни могут разом сократиться.
Ко всему прочему сам магистр Юнь искренне не любил делиться своим опытом и знаниями, поэтому до сих пор не обрел собственных учеников. Он был точно ветер, вечно скитаясь по всему среднему миру в поисках чего-нибудь особенного. А ученики было лишь обременением.
И кто же станет моей проблемой в этом путешествии на этот раз? досадно спросил Юнь Гун Чжэн. Он выезжал с учениками лишь пару раз и каждый из них зарекался более никогда не повторять этой ошибки. Одно дело разбираться с темными силами самостоятельно, и совершенно иное вести за собой несмышленышей, горячо верящих в себя, порой чрезмерно.
Не удручайся, с тобой поедут пять учеников нашей школы, которые проявили себя лучшим образом в обучении.
И потому они наверняка уверены, что им по силам любое зло? философски изрек магистр Юнь. Старейшина Ли на это лишь засмеялся.
Вспомни себя в их возрасте. Ты не слушал ни одного наставника и всегда шел в упор на монстров.
Именно поэтому они все и отказались со мной работать. Я довел их до седин при том, что каждый из них уже достиг на тот момент уровня магистра.
К счастью, мне не выпала честь быть твоим наставником, засмеявшись, ответил Ли Бэй Вэйж.
Не будем вспоминать прошлое. Когда мы должны выдвигаться в путь, куда и кто будет на этот раз в группе?
деловито спросил Юнь Гун Чжэн, направляясь по тонкой тропинке, проходящей по отвесной скале.
Для даши их уровня такая дорога не являлась сложной, и они не боялись упасть. Благодаря практикам послы научились сохранять равновесие в любом положении. Поэтому этот путь оба даши преодолели с легкостью, будто они не весили ничего и сам ветер поддерживал их, точно воздушных змеев. Шелковые одежды послов развивались благодаря ему, будто распускались прекрасные лотосы. Традиционно одежда указывала на достигнутый духовный уровень посла: магистры ходили в светлых одеяниях с множественными узорами цвета цин, а одежды старейшины всегда были красными, что ставило их на одну ступень с императорами. Главенствующий старейшина же носил алые одежды еще и с яркой золотой вышивкой. Удивительно, как эти воздушные и красивые наряды не мешали даши идти, не путались под ногами. Их точно окружила магия с ног до головы, не позволяющая путаться идеальным черным распущенным локонам, доросших с годами до самых пят каждого посла. С лица они были убраны на затылок и заколоты традиционными коронами, на которой был изображен символ клана. И мало кто знал, что, сходя с вершин, даши одевали простые одежды воинов, удобных в сражениях, а волосы не редко собирали в удобные прически: косы и конские хвосты.
Эти двое молодых даши давно прослыли своей красотой, еще когда в юности вместе учились в одной школе. С возрастом, вернее сказать со временем самосовершенствования, их красота становилась лишь ярче, появилась мужественность в утонченных чертах и опасность во взгляде. Пройдя множество испытаний и опасностей, они набрались неповторимого опыта, который отражался не только в их ауре, но и в мимике и взгляде. На таких мужчин хотелось любоваться, хотя сложно сказать, были ли они красивыми с рождения или именно достижения придали им неповторимой красоты. Достигнув тридцати лет, оба перестали стариться, впрочем, выглядели они при этом не старше двадцати пяти.