- Вот что, ахи (братишка ивр. ), - пограничник забычковал сигарету в щербатую заменявшую пепельницу чашку, - дуй туда! - он ткнул большим пальцем себе за спину, туда, где дорога круто скатывалась под горку, убегая в сторону зеленеющих в дымке холмов Иудеи, - Метров триста за поворотом, еще одна дорога проходит, по ней поселенцы часто ездят, попробуй поймать попутку. Только имей ввиду, там арабская деревня рядом.
Антон поблагодарил пограничника, привычным движением вбил магазин в винтовку и зашагал по шоссе. Дорогу он нашел быстро, неподалеку горбатились первые лачуги арабской деревушки. Антон бухнул в пыль обочины сумку и поднял руку навстречу приближающейся машине. Запыленный тендер с желтым израильским номером сразу сбавил скорость.
**Kвадратики на ремне часто рисуют по числу отслуженных месяцев, сразу же и видно салага ты или нет.
Пейсатый поселенец перегнулся через лежащий на переднем сидении "узи" открыл окно и сообщил, что едет совсем в другое поселение. Антон расстроено отошел, глотнув напоследок охлажденного кондиционером воздуха.
Тендер удалился скрипнув покрышками по нагретому асфальту.
Поймать попутку совсем не так просто, как кажется на первый взгляд. Для солдат это целая наука. Главным образом потому, что тремп - любимый террористами способ похищения солдат, а кроме того это запрещено приказом начальника генерального штаба, соответственно военная полиция подстраивает всякие уловки, чтобы поймать нарушителей.
Основную опасность представляют конечно террористы. Тремписта могут банально задавить, а значит, следует тщательно выбирать место так, чтобы рядом был столб или ограждение. Машины в которых больше двух человек отпадают сразу, да и двое уже вызывают подозрение. Подойдя к попутке, важно поговорить с водителем, не
сказать ему, куда направляешься ты, а спросить, куда едет он. Прислушаться, нет ли в голосе собеседника подозрительного акцента, осмотреть салон машины, ведь все это может оказаться искусной декорацией. Садиться лучше всего сзади, да и водителю "приятнее", когда в спину смотрит ствол автомата.
Минут двадцать прошли в томительном ожидании. Наконец, послышался шум мотора, но, к сожалению, с противоположной стороны. Антон на "всякий пожарный" оглянулся, и тут же дернул руку вниз, но было поздно. Из-за поворота стремительно вылетела бело-синяя "дайатсу", с эмблемой на капоте. Крупные синие буквы на борту складывались в два нехороших слова: Миштара Цваит (военная полиция ивр. ).
Машина остановилась на противоположной обочине. Распахнулась пассажирская дверца выпуская из салона выбритую под ноль голову, за ней тускло блеснули на солнце четыре потертых "фалафеля", по два на каждом погоне. Подполковник задрал на лоб солнечные очки, прожег Антона взглядом и рявкнул "Хаяль! Бойенна!"(Солдат! Подойди сюда! ивр. ).
"Надо ж так влипнуть! - подумал Антоха поднимая сумку, - мало того что мент, так еще и подполковник, ну да Лилипут все равно страшнее."
Он уже шагнул на асфальт, когда из-за поворота показался надсадно воющий двигателем рейсовый автобус. План спасения созрел моментально. Антон сделал шаг назад и жалобно замахал рукой. Автобус фыркнув компрессором затормозил, загородив собой злого подполковника. Антоха влез в салон, поблагодарил водителя и плюхнулся на свободное место, сделав вид будто заснул еще в Тель-Авиве и теперь видит десятый сон.
Подпoлковник, осознав, что дичь улизнула, прыгнул в машину. "Дайатсу" взвыла сиреной и вереща покрышками заложила крутой вираж.
У того самого блок-поста, где Антон общался с пограничниками "дайатсу" встала перегородив дорогу. Автобус обреченно остановился.
Подполковник вразвалочку поднялся в салон.
- Где солдат, который только что зашел?- поинтересвался он у водителя.
Тот ткнул пальцем в изображающего глубокий сон Антона. Полицейский медленно, словно рисуясь, приблизился и тряхнул солдата за плечо.
"Драться! Вы должны драться!"- зазвучал в ушах голос взводного. "Не в автобусе же, - подумал Антоха, - Выйду на улицу, там и заеду ему в чайник."
Но улице прохаживались еще трое рослых полицейских сержантов. От блок-поста в их сторону бежали четверо пограничников. У всех четверых торчали за спиной деревянные дубинки для разгона демонстрантов.
Антоха понял, что проиграл, но выбора не оставалось Он глубоко вздохнул и прикрыл глаза, на какую-то секунду ему померещился крейсер, рассекающий форштевнем белые барашки волн. Антон стоял на мостике, разглядывая в подзорную трубу силуэты судов вражеской эскадры на горизонте. По скуле крейсера красивыми позолоченными буквами тянулось название: В А Р Я Г.
В следующую секунду он вернулся в действительность, на раскаленный солнцем асфальт шоссе. С подполковником Антон решил не связываться, шансов все равно никаких, а значит дешевле свернуть челюсть сержанту. Он поставил на землю сумку и сжал кулаки.
- Куда ж ты, дурень пошел? - Запыхавшийся пограничник, тот самый, угощавший его "колой" подмигивал левым глазом, перекашивая хитрющую морду, - Я же тебе сказал, что остановка справа, а ты налево пошел, перепутал что ль?