Рыскарь протопал мимо травы, в которой они прятались, и вытянулся на краю патрулируемой им зоны. И стоило ему начать сканирование, как девочка начала красться вперёд, к следующим зарослям, маня за собой Теба.
Как ты поняла, что он не вернётся сюда? спросил он, ошеломленно следуя за ней. Но та не ответила, сосредоточенно глядя на следующего патрульного. Теб оценил, что тот был достаточно далеко, и подался было вперёд, но его резко остановила девочка. А через пару секунд рыскарь развернулся в их сторону, и Теб понял, что он вновь чуть не расстался с жизнью, если бы не она.
Крохотная рыжая девочка: лохматая, сосредоточенно смотрящая на машины глубокими зелёными глазами, она не могла быть лучшим охотником, чем Теб. Хотя ему стоило быть честнее с собой. Даже восьмилетняя девочка могла разбираться в машинах лучше него; или хотя бы не впадать в панику при виде разумной груды металла.
Как ты это сделала? спросил он снова, когда они миновали последнего рыскаря и под прикрытием травы добрались до склона, на котором их ждал незнакомый Тебу мужчина, сжимающий в руке детский лук.
Элой!
* * *
Теб не смог достойно поблагодарить свою спасительницу в тот день законы запрещали говорить с изгоями. Но он умел ждать. И спустя десять лет ему предоставилась возможность сказать спасибо, когда Элой впервые ступила в Сердце Матери. Она сияла как солнце, и Теб чувствовал себя особенным, греясь в её лучах, словно они предназначались лишь ему.
* * *
Но солнце не принадлежит никому. Оно светит для всех и ни для кого одновременно.