Мы с коллегой ехали вон с той стороны и заметили вашу оплошность. К счастью, успели вас предупредить, оживленно объяснял он.
Чрезвычайно любезно с вашей стороны, сказал Утенок Дональд, теперь уже овладев собой. Большое спасибо.
Он выключил свет и опять вошел в подъезд, стараясь казаться человеком солидным и уравновешенным.
Он торчал на пустом чердаке до тех пор, пока не взошло солнце. Выйти ночью на улицу, где разъезжали патрульные машины с услужливыми полицейскими, он не отважился.
2
Условия задачи были отчасти схожи с настроением его и его друга Рика Лафебера. И во всяком случае, вполне соответствовали накаленной, душной атмосфере в комнате Хермана, которую часами немилосердно жгло солнце.
Теперь оно почти скрылось за кедрами примыкавшего к дому сада. Было восемь часов вечера тридцатого августа, и все же температура стояла выше двадцати градусов. Казалось, лето напоследок решило загладить свою вину за бесконечную цепь океанских циклонов, которые начисто испортили все каникулы.
У учеников гимназии, расположенной возле Бургомистерского парка, два дня назад начались занятия, и у шестиклассников уже не было времени бездельничать или учиться спустя рукава предстояли напряженные выпускные экзамены, от которых зависело, попадешь ли в список зачисляемых в университет или станешь безработным.
Впрочем, у юношей, находившихся в этой захламленной, однако уютной комнате со светло-зелеными книжными полками и множеством красочных плакатов по стенам, в голове было нечто совсем другое, а не мысли об ожидавшем их не столь уж розовом будущем.
Ну, что ты об этом думаешь? нетерпеливо спросил Рик.
Он постоянно замышлял всякие авантюры. Вот и сейчас предложил великолепный план и все возражения отметал как бессмысленные.
Херман был более осмотрителен и осторожен, и зачастую ему удавалось перекрыть поток безудержных, порой весьма рискованных проектов товарища.
А что ты сделаешь, если она придет? колебался Херман.
Подцеплю рыбку на крючок, конечно.
Не так это просто, как тебе кажется. Труда, по-моему, не из такого теста, чтобы пойти у тебя на поводу. Не забудь, я проучился с ней уже пять лет, с первого класса. Ты просто не понимаешь ее характера. Знаешь-то ее самое большее год.
Рик отличался редкой самоуверенностью, чему немало способствовала его наружность: у него было довольно красивое лицо, веселые карие глаза. И вдобавок он был парень неглупый.
К сожалению, ум его направлен не туда, куда надо, подумал Херман.
Глядя на озабоченное лицо товарища, Рик ухмыльнулся и хлопнул его по плечу.
В женщинах я разбираюсь. У меня однажды была такая
Он прищелкнул языком, а Херман бросил на него взгляд, в котором восхищение смешивалось с брезгливостью.
Как это понять? сухо спросил он.
А вот так: не успел я запереть на ключ свою комнату, как она уже сняла с себя все, что на ней было.
У тебя дома? недоверчиво спросил Херман.
Точно. Неоценимое достоинство современных предков заключается в том, что они работают не дома.
Херман представил
себя на месте Рика, но у него не было современных родителей, и жил он у богатой тетки со старомодными взглядами. Почтенная дама обладала нюхом ищейки, когда дело касалось каких-нибудь безобразий.
Намеки Рика волновали Хермана и одновременно злили. Его учили подавлять подобные чувства и, уж во всяком случае, не выставлять их напоказ. А поэтому рассказы о них были ему неприятны. Впрочем, у него были и другие возражения.
По-моему, это нечестно. Пиши записку сам.
Не выйдет. Не умею копировать почерк. Если я напишу, она сразу заметит, что записку писал не Хенк.
А ей не покажется странным, что он шлет ей записки?
Нет, конечно, она сразу клюнет. По уши втрескалась в этого парня.
А он куражится. Всех девчонок в классе одну за другой сводит с ума.
Рик захихикал:
Прямо как Дон-Жуан. Помнишь оперу Моцарта, которую мы в прошлом году штудировали с Контрабасом? Чертовски жаль, что теперь у нас уже не будет музыкальных занятий.
Херман не сомневался, что Рик жалеет об этих занятиях не только из любви к музыке. Скорее всего, он с тоской вспоминает, как они бесновались на уроках Контрабаса. В этом году такого веселья уже не жди. По ассоциации ему вспомнилась куча невыполненных домашних заданий.
Что писать? нехотя спросил он.
Попроси ее завтра в три часа дня прийти к Заячьему пруду и поставь подпись Хенка. Записку я суну ей утром в портфель, перед латынью. Постараюсь подложить в папку для тетрадей. У Хенка в последний час урока нет, и он уйдет домой. Значит, поговорить с ним она не сможет. Все разыграется как по нотам. Я же завтра в три вроде бы случайно проеду вдоль Заячьего пруда на велосипеде. Будто бы к тебе, усек? Остановлюсь поболтать с ней. Хенк, конечно, не явится, и я приглашу ее пойти со мной к тебе, чтоб ты пояснил мне непонятное место в Гомере.
Так она тебе и поверила, саркастически заметил Херман. Рик был дока как по части языков и литературы, так и по части точных наук, и всем это было известно.
Рик пожал плечами.
А почему бы нет?
Ну а дальше что? допытывался Херман. Авантюра увлекала его, хотя и казалась пошлой. А роль, которую должен был играть он сам, ему и вовсе не нравилась.