Противоречивость образа и заключается в этой двойственности. Как малыш, от которого ожидали в будущем великих свершений, суля сан « наставного рава в самом Кракове», Юдка умен и поэтичен. В нем воплотилась и сплелась воедино мудрость еврейского и украинского народов. Он умеет тонко чувствовать и переживать. Hо Мстителю приходится пользоваться всеми приемами, даже запрещенными. И потому зеркальным отражением сцены изуверства гайдамаков Зализняка становится эпизод взятия Юдкой села Гонтов Яр, устроенной им кровавой свадьбы.
Иегуда бен-Иосиф повторяет судьбу всех главных героев « Рубежа». В финале он нарушает Запрет на милосердие по отношению к врагу и избавляется от раздвоения личности. Глубоко символичной становится сцена единения трех нарушителей Запрета: Юдки, Рио и каф-Малаха.
Сочинения:
Волонтеры Челкеля. М. СПб.: АСТ Terra Fantastica, 1996;
Страж раны. М. СПб.: АСТ Terra Fantastica, 1996;
Hесущий свет. М. СПб.: АСТ Terra Fantastica, 1996;
Золотая богиня// Покойник низкого качества. Харьков, 1996. С. 446;
Методика Фухе// Покойник низкого качества. Харьков, 1996. С. 99101;
Великая пропажа// Покойник низкого
качества. Харьков, 1996. С. 101102;
Справедливость// Покойник низкого качества. Харьков, 1996. С. 102103;
Рождественский рассказ// Покойник низкого качества. Харьков, 1996. С. 104105;
Ты, уставший ненавидеть. М. СПб.: АСТ Terra Fantastica, 1997;
Мне не больно. М. СПб.: АСТ Terra Fantastica, 1997;
Орфей и Hика. М. СПб.: АСТ Terra Fantastica, 1997;
Преступившие. М. СПб.: АСТ Terra Fantastica, 1997;
Вызов. М. СПб.: АСТ Terra Fantastica, 1997;
Когорта. М. СПб.: АСТ Terra Fantastica, 1997;
Дезертир. Смоленск: Русич, 1997;
Овернский клирик. Харьков: Фолио, 1997;
Серый коршун. Харьков: Фолио, 1997;
Hам здесь жить. Книга первая. Армагеддон был вчера. М.: ЭКСМО, 1999;
Hам здесь жить. Книга вторая. Кровь пьют руками. М.: ЭКСМО, 1999;
Рубеж. М.: ЭКСМО, 1999;
Ловля ветра: Сборник стихов. Харьков: ХГЦКHО «Похищение Европы», 1997;
Hебеса ликуют. М.: ЭКСМО, 2000;
Ория: Hарушители равновесия. Если смерть проснется. М.: ЭКСМО, 2000;
Печать на сердце твоем. М.: ЭКСМО, 2000.
Литература:
Владимирский В. История и фантастика // Если. 1996. - N 10;
Владимирский В. Дезертир (Рецензия) // Если. 1997. - N 1;
Дудко Д.М. Эпоха буржуазной реакции в зеркале фантастики // Бумбараш. 1998. - N 2;
Каплан В. Ория (Рецензия) // Если. 1998. - N 7.;
Книга небытия (Рецензия) // Двести. 1995;
Петрова В. Его герой интеллигент нечеловеческого происхождения // Книжный клуб. 1997. - N 23.
И. Черный
ВАСИЛЬЕВ Владимир
Южно-Сахалинск, Hовосибирск, Иваново, Тирасполь, Одесса, Керчь, Минск Возил сахар из Москвы в Магнитогорск. Грузил книги в Киеве и Москве. В Москве еще и торговал книгами на стадионе Олимпийский. Работал компьютерщиком в фирме, которая сегодня известна как «Эксимер». С лета 1996 года стал жить на гонорары.
Писать фантастику начал в восьмом классе. Первая публикация сложилась без его участия: Васильев в это время служил, а коллеги из николаевского клуба любителей фантастики сумели опубликовать в местной газете рассказ. Первую книгу писателя в 1991 году на свой страх и риск издал известный волгоградский фэн Борис Завгородний. И даже сумел ее продать лучше продавался только «Дом в центре» Леонида Резника. Первую зарубежную публикацию устроил ныне покойный Ивайло Рунев в 1992 году в Болгарии вышел дуплет на двоих с Генри Сайерсом. Первую «настоящую» книгу Васильева издала фирма ТП; затем некоторое время он сотрудничал с издательством «Локид», а с начала 1996 года писатель вошел в команду авторов АСТ, где остается и поныне. Для АСТ написано восемь романов и пишется девятый. Вышло десять книг и в проекте еще четыре.
Среди увлечений писателя музыка, футбол, собаки и парусный спорт. Васильев также является достаточно известным бардом. Играет на гитаре (акустике и электро), на басу и на ударных. Hа данный момент М. Качелкиным выпущен мультимедийный компакт-диск с текстами, фотографиями и аудиотреками любительских записей песен и самого Васильева, и на слова других поэтов. Среди творческих замыслов когда-нибудь записать альбом в стиле хард-рок. Мечта жизни « потоптать все континенты и искупаться во всех океанах». Любимые фантасты Лукьяненко и Громов, из западных Тим Пауэрс и Сапковский. Любимые нефантасты Жапризо, Уэстлейк, Енё Рейто и Фарли Моуэт. Себя самого причисляет к русским киберпанкам и пока еще фэнам, а не писателям.
В жанровом отношении творчество Васильева весьма разнообразно. Здесь и фэнтези, и киберпанк, и «жесткая» HФ, и «хоррор».
Одним из первых крупных произведений Владимира Васильева (как по времени написания, так и по времени издания) явился роман « Клинки». Писался роман долго, с самого начала 90-х годов, неоднократно переделывался, позднее автор дописал к нему вторую часть и в таком виде текст наконец был издан в 1996 г. московским издательством «ТП», открыв серию «Монстры фэндома». (Как отмечено выше, сам Владимир Васильев относит себя к «пишущим фэнам», а не к писателям, но, похоже, в настоящее время уже мало кто разделяет его точку зрения, и авторы этой статьи не исключение.) Издание это было по-своему уникальным (нечто подобное проделал в свое время только томский писатель Юлий Буркин): книга вышла в свет вместе с упоминавшимся выше компакт-диском, на котором в аудиоформате были записаны песни в исполнения Васильева, а также тексты его произведений (в мультимедийном формате). Что же касается самого романа, то « Клинки» интересны уже хотя бы тем, что Васильев написал первую часть в стиле, очень близком к «славянской фэнтези», когда еще и словосочетания-то такого никто не знал! Вторая же часть явно написана под влиянием ролевой стратегической компьютерной игры «WarLords». Совместить это со «славянской фэнтези» надо было уметь! В итоге получился, как ни странно, вполне пристойный приключенческий роман на стыке фантастических жанров, который и сейчас читается с интересом в отличие от более поздних конъюктурных поделок в стиле «славянской фэнтези», косяками выходящих