Слово погибели 5
Что-то случилось.
Я помню, как вышел сегодня из дома, твердо решив не брать машину, потому что прогноз обещал пробки в центре. Помню, что в последний момент не удержался и от станции подземки свернул к гаражу. Помню, как застрял на перекрестке Иволгина Моста и Машиностроительной
С этого момента не помню ничего: я заново осознал себя через пару часов, сидя на влажной скамейке напротив музыкального магазина, где на рекламном плакате у входа изображен кот, играющий на валторне.
Начинается дождь.
Паниковать, конечно же, поздно. Все, что могло случиться, уже произошло.
Открываю мобильный телефон. Информация о звонках, входящих и выходящих, уничтожена. Автоответчик пуст. Время десять десять, двадцать девятое августа. Сегодня с утра тоже было двадцать девятое, я вышел из дома в восемь ноль шесть или что-то около того.
Нажимаю «один». Илона почти сразу берет трубку.
Привет, голос спокойный, светлый. Нет, никто не звонил Что случилось, Алистан?
Пока не знаю. Может быть, ничего.
Дождь висит между небом и землей, будто не решаясь пролиться и не в силах сдержать себя. Морось. Тепло. Движение плотное, но пробок на бульваре нет. В девять мы должны были встретиться с Певцом, в десять тридцать с шефом, насчет адвокатского запроса по делу о Болотной карге Интересно, где моя машина?
Телефон у меня в руках играет марш, на экране высвечивается номер Певца.
Да?
Алистан, где вы?! Почти час пытаюсь до вас добиться «вне зоны доступа»!
Что-то случилось, Питер. Не могу сказать точнее.
Мимо проносится по резервной полосе «Скорая помощь» с мигалками и ревом. Через несколько секунд ей вслед летит полиция. Обе машины заворачивают к высотке «Интеркороны».
* * *
В их маленьком доме второй месяц жили родственники жены, семейство с двумя четырехлетними близнецами. Елене родственники надоели даже больше, чем Игрису, она все реже бывала дома, ссылаясь на занятость, и даже ночевать иногда оставалась в своем салоне. Гости, между тем, не торопились уезжать в родной провинциальный городок: они то учились, то лечились, то искали работу, просиживая дни напролет перед включенным телевизором Игрис оборвал себя: неприязнь к родственникам делала его желчным и, возможно, несправедливым. Сегодня ночью одного из близнецов рвало: наглотался кошачьего корма из мисочки, а Игрис, вместо того чтобы пожалеть ребенка, тихо страдал, что не может выспаться перед рабочим днем
Не запыхавшись, он подбежал к воротам «Интеркороны». Махнул удостоверением перед носом человека в ливрее. Заметил «Скорую», отъезжавшую от бокового входа; врачи здесь без надобности. Та женщина мертва.
Перешел на быстрый шаг. Поднялся по блестящим от дождя мраморным ступеням; еще один человек в ливрее открыл перед ним дверь. Игрис успел подумать с оттенком самодовольства: ну вот я и на месте, а в машине бы до сих пор тянулся по бульвару.
В фойе толпились люди. Ноздри Игриса раздулись; огромный холл огромной гостиницы пытался жить повседневной жизнью. Приезжие у стоек беседовали с портье, катились тележки с багажом, в мягких креслах отдыхали измученные дорогой дамы. Но радостный ужас, который охватывает обывателя всякий раз, когда рядом случается настоящее преступление, этот сладкий кошмар витал над головами, прорывался в тихих разговорах, и даже маршал Равелин на парадном портрете, казалось, заинтересованно прислушивается.
Игрис направился в дальний конец холла, миновал дверь с табличкой «Только для служащих гостиницы» и оказался в кабинете, полном народу. Двое полицейских в форме подписывали какие-то бумаги, дежурный администратор играл желваками, пятеро праздных сотрудников делали вид, что оставаться в комнате им крайне необходимо. Человечек лет пятидесяти, с белым бейджем на голубой сорочке, сидел,
откинувшись на спинку кожаного дивана, с бесконечно усталым и расстроенным видом.
Игрис поздоровался и предъявил удостоверение. Пятеро праздных сотрудников зароились вокруг, как пчелы; Игрис попросил дежурного администратора о помещении, где можно было бы поговорить без помех. Через минуту в кабинете остались сам администратор, полицейские, Игрис и человечек на диване.
Мертва по прибытии, сухо доложил старший полицейский, тучный, с кустистыми бровями. Никаких следов насилия. Характерное окоченение в первые минуты после смерти почти верный знак, что ее уморили Словом погибели, или как там у них называется
Убита с помощью магии?!
Девяносто девять и девять десятых. Мы вызвали «Коршун». Как только они явятся, мы уедем нам здесь больше нечего де
Распахнулась дверь. Не спрашивая разрешения, в комнату шагнул высокий мужчина с залысинами надо лбом, и за ним вошли сразу двое; тут случилась заминка, потому что служащий с белым бейджем закричал.
Вытянув трясущуюся руку, он тыкал пальцем в грудь человека с залысинами:
Это он! Господа! Это он! Это он и есть!
* * *
Кто и когда заказал комнату? спросил черноволосый смуглый человек с таким жестким и властным лицом, что допрашиваемый сразу признал его главным.
По телефону Портье торопливо раскрыл файл на карманном компьютере. Сейчас скажу точно Вот, заказ поступил в восемь часов восемнадцать минут, комнату заказали на восемь сорок пять Обычно мы не принимаем заказы «сейчас на сейчас», но эта комната самая дорогая. С камином и антикварной мебелью. Сегодня утром на нее не было других заказов