Всего за 219 руб. Купить полную версию
Работа В. Я. Лаверычева[44] открыла спор о характере различий крупнейших групп российской буржуазии. Автор считает, что война создала благоприятные условия для развития монополистического капитала. Это проявлялось в увеличении накоплений, ускорении процесса централизации капитала, укреплении позиций монополий. Окрепли в годы войны финансовые группы московской монополистической буржуазии, активно устремившиеся в другие отрасли экономики. Предприятия, контролировавшиеся «Рябушински-ми и Второвыми», достаточно определенно приобрели черты концернов. В статье «Некоторые особенности развития монополий в России (19001914 гг.)» В. Я. Лаверычев говорит о том, что в годы войны монополистический характер деятельности отраслевых «представительных» организаций, под оболочкой которых скрывались простейшие объединения картельного типа, становится более очевидным. То же происходило и в других отраслях[45].
Иных взглядов придерживается И. Ф. Гиндин[46]. Он считает, что текстильная промышленность России и московская крупная буржуазия сохранили и в период империализма свой домонополистический характер. На наш взгляд, оценка московской буржуазии как домонополистической с явными старокупеческими чертами недостаточно убедительна. Выводы В. Я. Лаверычева подкреплены большим фактическим материалом. Их подтверждают и другие исследователи. Так, Т. М. Китанина[47] показала, что уже в 1916 г. группа Стахеева претендовала на захват ключевых позиций в ряде важнейших областей русской экономики. Автором выявлены особенности подобных концернов как военно-инфляционных в своей основе, вызванных к жизни особыми конъюнктурными условиями. Эти складывавшиеся объединения, имевшие многоотраслевой характер, возглавлялись выходцами из купеческого сословия, не порывавшими с торгово-посредническими операциями. Как и В. Я. Лаверычев, Т. М. Китанина доказывает, что усиление финансово-промышленных групп происходило главным образом за счет резкого расширения сферы их влияния и распространения контроля на ряд обособленных друг от друга отраслей экономики. В противоположность И. Ф. Гиндину она подчеркивает факт пополнения рядов представителей финансовой олигархии из среды старой национальной торгово-промышленной буржуазии не только центральных, но и периферийных районов. По ее мнению, это был качественно новый скачок в формировании русской финансовой олигархии, характерный для военного времени. Данные, полученные в результате исследования новых для России отраслей промышленности, свидетельствуют об активности национальной буржуазии центра, которая направляла свои капиталы в «незанятые» еще отрасли. Это подтверждают история создания в России автомобильной промышленности[48], развитие электроиндустрии и электрического транспорта[49].
В связи с исследованиями В. С. Дякина необходимо отметить, что вопрос о роли иностранного капитала в России в годы войны является одним из наименее разработанных. Мы можем назвать лишь работы Р. Ш. Ганелина о русско-американских финансовых и экономических отношениях, рассматриваемых в связи с общеполитической ситуацией[50], и статью М. И. Светачева[51].
За последние годы появились определенные достижения в исследовании отдельных экономических регионов. Сложность социально-экономической обстановки на Урале, переплетение разнохарактерных элементов в его экономике, наличие в ней как синдикатов, так и монополистических объединений старого типа показали М. П. Вяткин и В. Е. Четин[52]. Г. X. Рабинович[53] также отметил неравномерность процесса монополизации по отдельным районам Сибири, его ускорение, перерастание старокупеческих монополий в монополии новейшего типа. Он констатировал проявление государственно-монополистических тенденций в этом регионе, ставил проблему формирования буржуазии. Изучались золотодобывающая промышленность Сибири[54], мобилизация промышленности региона[55]. Исследователей Кавказа и Закавказья интересовала экономическая проблематика, расстановка классовых сил, отношения буржуазии с правительством и рабочими[56]. Под этим углом зрения рассматривалась деятельность военно-общественных организаций.