Стигма ворона 4
Пролог
Конь устало хрипел, практически наугад вбивая копыта в мерзлую землю : догорающий факел в одеревеневший руке освещал на скаку лишь крошечное пятно опустевшего унылого поля.
Ноги Ларса уже окоченели, пальцы в перчатках плохо чувствовали повод. Но он не решался использовать энергию стигмы, чтобы согреться слишком непроглядной была тьма вокруг, и какие беды можно было в ней пробудить на свою голову, оставалось только предполагать.
А рисковать Ларс не мог.
Это была уже вторая ночь без сна, и усталость брала свое, так что, если вдруг случится что-то непредвиденное, рассчитывать на скорость реакции уже не приходилось,.
Лошадей за время пути он уже сменил дважды. Первую он безжалостно загнал на Красавинских болотах бедняга не выдержала той скачки, которой непреклонно требовал от нее всадник, и крысу пришлось больше четырех часов добираться до ближайшей деревни пешком, с седельными сумками на горбу. А этого коня Ларс внаглую забрал из конюшни старосты, пообещав зарубить любого, кто рискнет встать у него на пути. Видимо, выглядел он при этом достаточно искренним, поэтому желающих задержать вора-стигматика не оказалось.
Третью он предусмотрительно поменял уже не дожидаясь того момента, когда вымотавшийся жеребец свалится с ног где-нибудь на дороге.
И сейчас Ларс терпел эту вялую вальяжную рысь только потому, что боялся опять оказаться на своих двоих.
Ему пришло в голову, что пора бы заменить угасающий факел. Неловко перехватив повод, он освободил одну руку и потянулся к сумке у седла.
В опустевшей котомке остался всего один факел.
Ларс тихо выругался. Как так? Где еще один? Выронил где-то по дороге, или уже совсем память продырявил?
И в этот момент на горизонте вспыхнула маленькая золотая звездочка.
Крыс напряженно несколько раз моргнул, чтобы прогнать сон. Но звездочка от этого не исчезла.
Нахмурившись, Ларс остановил коня, всматриваясь усталыми глазами в огонек впереди, и прислушался.
Но что можно расслышать сквозь свист ветра и боязливое фырканье коня, топчущегося на месте?
Впрочем, машины Единого обычно грохотали так, что не услышать их было невозможно.
Значит, или силок, или огонь.
От мысли о горячем дыхании костра у Ларса аж в голове захмелело. Усталое и замерзшее тело жаждало тепла, пусть даже совсем ненадолго. И, поколебавшись, он бросил наземь дотлевающий факел и пустил коня по направлению к огоньку, хотя в обычной ситуации предпочел бы объехать его дальней дорогой.
Вскоре он понял, что не ошибся это действительно был большой костер, разведенный на обочине тропы прямо возле запряженной телеги. У огня грелись укутанные в одеяла дети мал мала меньше, завернутая в большой мужской плащ женщина и молодой бородач в одежде стражника.
И, поскольку сторожить в поле было явно нечего, парень, видимо, был дезертиром.
При виде незваного гостя детвора испуганно прильнула к матери. Мужчина, поднявшись на ноги, двинулся в сторону всадника, недвусмысленно положив руку на эфес меча, а женщина, обхватив детей руками, волчицей уставилась на Ларса.
Пусть будет огонь ваш ярким, а ночь спокойной, добрые люди! крикнул им крыс еще издалека, давая понять, что недобрых намерений не имеет.
Мужчина остановился.
Езжай себе мимо, добрый человек! не очень-то дружелюбно отозвался он.
От твоего костра тепла убудет, что ли, если у него еще один человек свои кости погреет? хмуро спросил Ларс.
Свой разведи, заявил стражник, уставившись на собеседника злобным взглядом затравленного зверя, которому терять уже нечего. Кожаная перчатка скрипнула по рукояти меча.
Ларс вздохнул, с тоской поглядывая на яркие и, должно быть, такие горячие оранжевые всполохи огня и прикидывая в уме, что ему проще здесь, в поле, развести костер самому или прирезать несговорчивого отца семейства.
И, как ни крути, второй вариант выглядел рациональней.
Значит, так, сказал Ларс, спешиваясь. Сейчас я подойду к твоей дружной семейке...
Стражник дернулся, отступил назад и выхватил меч.
... сяду рядом, вытяну ноги к огню, погреюсь полчаса и уеду, невозмутимо заявил Ларс, глядя в упор на стражника.
В зрачках крыса яркими зелеными огоньками блеснула сила. Нагрудник, сшитый из шкуры одержимой твари, едва приметно засветился, демонстрируя скрытую стигму.
Если не будешь дергаться, все останутся целы, продолжил он. Мне от твоей смерти не горячо и не холодно: я дезертиров не ловлю, и на бабу твою мне плевать. Но и терять мне тоже нечего. Так что меч убери, если не дурак.
Дернув под уздцы своего коня, Ларс двинулся к костру, цепляя плечом растерявшегося стражника.
Доброй ночи, хозяйка! громко поздоровался крыс с женщиной, привязывая коня к чужой телеге. Ты не бойся, я ненадолго.
Он присел у огня, протягивая к костру замерзшие руки в перчатках.
Женщина с мужчиной переглянулись.
Поганая ночь... проговорил Ларс, усталыми глазами глядя в пламя.
Стражник медленно убрал меч в ножны.
Это верно, отозвался он, на всякий случай вставая у гостя за плечом.
В район Богатых Дубрав едешь? спросил Ларс.
Тебе какое дело?
За спиной не маячь, покосился Ларс на воина. Дела-то мне никакого, но у тебя скарб тяжелый, от гигантов бежать неудобно будет.