Позиция кредитора базируется на том, что права залогодержателя возникают у него в отношении всего имущества, на которое был установлен запрет на распоряжение, следовательно,
на все имущество супругов. Даже в случае раздела имущества между супругами, обремененным правами залогодержателя, останется все имущество супругов.
Системный анализ норм действующего гражданского и семейного законодательства, а также судебной практики приводит к следующему.
Из содержания нормы статьи 334 Гражданского кодекса РФ следует, что возникновение у кредитора, в интересах которого наложен запрет на распоряжение имуществом, прав залогодержателя возможно, если иное не вытекает из существа отношений залога.
Согласно пункту 1 статьи 334 Гражданского кодекса РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).
Из существа залога следует, что это обязательство является дополнительным к основному обязательству, связывающему должника и кредитора. Третье лицо, не являющееся должником, может выступить залогодателем на основании договора. Закон не предусматривает возможности возникновения у кредитора права залога в отношении имущества третьего лица без его воли.
По пункту 3 статьи 256 Гражданского кодекса РФ по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество, находящееся в его собственности, а также на его долю в общем имуществе супругов, которая причиталась бы ему при разделе этого имущества.
Ввиду того, что спорное имущество является общей собственностью супругов, взыскание по долгам одного из них может быть обращено лишь на долю в этом имуществе, которая причиталась бы супругу-должнику при разделе.
Запрет на распоряжение общим имуществом как способ обеспечения иска, предъявленного кредитором одному из собственников, и вытекающий из него залог в силу закона в отношении имущества одного из собственников нельзя рассматривать вне контекста пункта 3 статьи 256 Гражданского кодекса РФ, поскольку это очевидно бы ущемляло права участника общей собственности, не являющегося должником и не дававшего согласия на залог.
Как следует из пункта 5 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ 1 (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 13 апреля 2016 г.) в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из п.2 ст.45 СК РФ, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга.
В соответствии с п.3 ст.39 СК РФ общие долги супругов при разделе общего имущества супругов распределяются между супругами пропорционально присужденным им долям. Согласно п.2 ст.45 СК РФ взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все полученное по обязательствам одним из супругов было использовано на нужды семьи.
Таким образом, для возложения на супруга, не являвшегося поручителем, солидарной обязанности по выплате задолженности по договору поручительства, заключенному супругом-«поручителем», обязательство должно являться общим, то есть, как следует из п.2 ст.45 СК РФ, возникнуть по инициативе обоих супругов в интересах семьи либо являться обязательством одного из супругов, по которому все полученное было использовано на нужды семьи.
Пунктом 2 ст.35 СК РФ, п.2 ст.253 ГК РФ установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом. Однако положения о том, что такое согласие предполагается также в случае возникновения у одного из супругов долговых обязательств с третьими лицами, действующее законодательство не содержит.
Напротив, в силу п.1 ст.45 СК РФ, предусматривающего, что по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга, допускается существование у каждого из супругов собственных обязательств.
Следовательно, в случае заключения одним из супругов сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из п.2 ст.45 СК РФ, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга.
Между тем в рамках интересующего нас спора очевиден вывод о том, что денежных средств супруг-«поручитель» от третьего лица «кредитора» не получал и на нужды семьи, в том числе
на покупку недвижимости, не тратил.