Будьте уверены, эта книга отнюдь не учит полной независимости. Все мы в этой жизни в ком-то нуждаемся. Напротив, она о развитии здоровой внутрезависимости, что означает независимость, которая позволяет нам стать теми, кем мы можем быть, но в то же время получить уместную дозу поддержки и одобрения от других странников.
Все истории в этой книге имеют нечто общее: там, где прежде была боль, сейчас царит покой. Теперь не осталось желания подставлять вторую щеку, вместо того чтобы настаивать на своей правоте. Отстраненность это не высшая математика. Она не находиться за пределами чьего-либо понимания. Все, что нужно, чтобы изменить наши взгляды на жизнь, на то, как мы ее проживаем, как представляем себе наше будущее, это желание рассмотреть все возможности.
Глава 1. СВОБОДА ОТ ЗАВИСИМОСТИ
Вот таким образом я прожила первые тридцать шесть лет своей жизни. Я ясно помню,
как рыдала на кухне из-за того, что не смогла решить, что приготовить на ужин после того, как разошлась со своим первым мужем. Я провела двенадцать лет, готовя все, чего хотел он, и самым печальным было то, что мне не приходило в голову, что могло быть как-то иначе. Так было не потому, что он был жестоким и требовал, чтобы я готовила его любимые блюда; просто вся моя жизнь вращалась вокруг него во всех отношениях. Я помню, как ощущала себя точно на раскаленной сковороде каждый раз, когда он спрашивал моего мнения по поводу книги, которую мы оба прочли, о фильме, который недавно посмотрели, о философской мысли, которую он дотошно мне объяснил, или даже просто о погоде. Я нервно перебирала мысли, пытаясь угадать, какое мнение он мог иметь о данной теме, чтобы мой ответ совпадал или хотя бы дополнял его идеи. Я боялась его скучающего взгляда каждый раз, когда давала явно бессвязный ответ.
На самом ли деле он смотрел на меня подобным образом? Вероятно, нет. Требовал ли он, чтобы я оказывала ему подобное почтение? Конечно, нет. Просто я научилась поступать в отношениях подобным образом, чтобы не быть отвергнутой. Но в конце концов мое стремление угождать не смогло сохранить наши отношения. И это также не приносило мне счастья.
Отношения с Биллом не были первыми, которые я пыталась контролировать, стараясь сделать себя необходимой. Я вела себя так же в отношениях с моим первым парнем в старшей школе. Я была виновата каждый раз, когда его настроение портилось. Возможно, мне следовало быть более интересной. Каждый раз, когда я ждала его звонка, а он не звонил, я была уверена, что разрыв неизбежен. Если он не приглашал меня на особое свидание в конце недели, я знала, что он ждет, когда появится кто-то лучше, кого он сможет пригласить. Вся моя жизнь вертелась вокруг его настроения и скромных знаков внимания с его стороны. Я, как зоркий ястреб, наблюдала за ним, чтобы оценить, насколько хорошо я справляюсь с ролью его девушки.
Мои ранние отношения иллюстрируют примеры стандартного поведения зависимого, привязанного, находящегося в патологической зависимости от своего партнера человека. Моя личность была продолжением личности того, кто являлся моим партнером. Если он отворачивался, я чувствовала себя невидимой. Если он хвалил меня или концентрировал на мне свое внимание, в обоих случаях я думала, что чего-то стою. Я постоянно боялась того, что мой партнер или друг, в конце концов отвернется от меня, если я не стану его или ее копией. Проявление своего собственного «Я» было невозможным. Мое внутреннее смятение и непреодолимая неуверенность в себе только становились сильнее.
Восприятие себя как полноценной личности, должно быть оценено по достоинству, но раньше я этого не понимала. Будучи ребенком, я не получила от своей семьи некой концепции, которая помогла бы мне развить позитивное представление о самой себе. Единственным способом получить ответную реакцию, которую я так желала, была постоянная доступность и заискивание. На финальном этапе моих отношений со Стивом и Биллом я осознала, что поведение, которое я пыталась освоить, не могло спасти от того, что люди отворачивались от меня. Но у меня в запасе не было других правил поведения, к которым я могла бы прибегнуть. Я даже не осознавала, что мое поведение могло быть иным.
Моя вера в проявление любви со стороны других важных людей в моей жизни была абсолютной долгие годы. Я не могла до конца оценить силу моей зависимости от одобрения других людей до тех пор, пока некоторое время не пробыла в трезвом состоянии в сообществе «Анонимных Алкоголиков» («АА»). Дело было не в том, что я не видела, как сильно стремилась быть замеченной и нравиться людям, я просто никогда прежде не признавала, как переживала из-за того, что не получаю должного внимания.
Но, когда я допустила мысль о том, что «АА» изменит все стереотипы поведения, ощущения и предположения, которые преследовали меня долгие годы и питали мою неуверенность в себе, к концу первого года процесса исцеления я была близка к самоубийству, как никогда прежде за всю свою жизнь. Много лет я рассматривала самоубийство как идеальный выход, однако я никогда не планировала его так детально, как делала это после двенадцати месяцев, проведенных в трезвом состоянии. На моем кухонном столе стопкой лежали полотенца, которыми я собиралась заткнуть окна в своей квартире. Все, что мне нужно было сделать, это поместить их в щели между окном и подоконником и включить газ на плите. Я чувствовала оцепенение и одновременно облегчение при мысли, что боль вскоре пройдет.