Я ожидал, что гуру мгновенно распознает мое состояние. На самом-то деле мне было непонятно, почему оно не очевидно всем и каждому, ведь состояние других людей теперь было настолько для меня очевидным. Но когда он вошел в зал, случилось самое любопытное: я сумел увидеть все его уловки и понял, что он не сможет мне помочь. Я вообще не был уверен, что мне нужна именно помощь, пожалуй, только некоторые ответы, так что я досидел до конца собрания и по его завершении молча выскользнул из зала.
Спустя несколько недель, ближе к концу августа, на работе настала горячая пора: проект шел полным ходом, и мне стало трудно справляться с делами. Однажды в момент фрустрации я наконец вышел из себя и, негодуя, пробормотал под нос: «Я не в состоянии это выносить» и на этом все закончилось. Остаток дня мое прежнее состояние просто истаивало, подобно сновидению, и я вернулся к тому, что помнил как
свое обычное «я»; разве что ныне все казалось мне плоским и тусклым, как пациенту с маниакально- депрессивным синдромом на спаде активности.
Физическая реальность, в которой я некогда обитал с непринужденной невозмутимостью, казалась мне теперь бесплодной в сравнении с волшебным миром, который я недавно познал. С этого момента и далее я делал все, что было в моих силах, чтобы заставить это чарующее ощущение вернуться. Оно все же вернулось но только спустя пятнадцать лет и лишь после того, как я едва не сдался.
Я продолжал практиковать йогу и тайцзи-цюань, но утратил интерес к ним, когда осознал, что эти практики не дадут мне необходимого ключа. Я также пытался воссоздать различные обстоятельства, которые привели к моему пробуждению, даже совершил велопробег через всю Австралию; но чего-то всегда не хватало какого-то секрета, которого я просто не мог понять.
Я прочел все, что сумел найти по теме духовности и просветления, но было такое впечатление, что среди ныне живущих нет ни единого человека, который обладал бы непосредственным знанием о кундалини. Это вгоняло меня в ужасное уныние; я чувствовал себя изолированным и боялся разговаривать об этом даже с самыми близкими друзьями они просто могли счесть меня сумасшедшим.
Я арендовал магазин в Виктории (Британская Колумбия) и заказал товары у оптовых поставщиков. После этих закупок денег у меня осталось всего ни чего, так что в расходах на еду и прочие необходимые вещи надо было соблюдать режим строгой экономии. Я не мог позволить себе снять квартиру и поэтому раскладывал футон в маленьком закутке в задней части магазина, который стал служить мне спальней.
Следующие несколько недель я был целиком поглощен попытками сделать свой магазин The Mind Shop успешным предприятием. Я каждый день экспериментировал с разнообразными товарами из своего ассортимента. Вечера становились продолжением рабочего дня, и я нередко засыпал, прослушивая очередную программу медитации.
Однажды вечером к концу месяца этой ежедневной рутины я готовился ко сну. На этот раз я воспользовался световым устройством DAVID и аудиокассетой Brain Sync с программами, которые по замыслу должны были вводить человека в глубокое медитативное состояние, а затем возвращать его к бодрствующему осознанию по истечении тридцати минут.
Я быстро провалился в сон, но под конец программы вновь пробудился благодаря световым и звуковым стимулам и ощутил мощный поток энергии. Каким- то образом эта комбинация внешних раздражителей снова привела меня к духовному пробуждению. Я преисполнился невыразимой радости; сладостное блаженство и восхитительные мистические явления были точно такими, какими я их помнил и жаждал все эти годы.
Однако на сей раз я решил, что ничто не нарушит это мое состояние. За один месяц я распродал или раздал весь свой ассортимент и закрыл магазин. Снял квартиру и зажил жизнью, погруженной в чудеса кундалини. В этом счастливом состоянии блаженства я нежился следующие пять лет.
поглощено Божественным и пребывало в постоянном единении с Ним.
Мой опыт согласовывался с описаниями, данными древнеиндийскими учителями, но методы, использовавшиеся ими для достижения этих состояний, разительно отличались от моих собственных. На самом деле я не мог даже утверждать, что у меня есть какой- то метод: все, что у меня было, это восхитительное прозрение, которое случилось со мной сразу после моего второго пробуждения. Его-то я и хотел исследовать.
Я начал рассматривать свое первое духовное пробуждение 1978 года, пятнадцатилетний путь поисков и второе пробуждение 1993 года как своего рода предназначение, поскольку эти два независимых друг от друга опыта дали мне возможность проникнуть взглядом за завесу и обнаружить скрытую тайну нирваны.
Какое-то время мне удавалось уравновешивать внутренний и внешний миры; но медленно и неуклонно мое внимание обращалось вовне назойливой неспособностью примирить блаженство моего собственного состояния со страданиями и недовольством тех, кто меня окружал.