В этой книге мы попытаемся представить единую картину болезни, при которой противопоставление «соматическое психическое» затрагивает, в лучшем случае, уровень более частого проявления симптома.
Наше противопоставление понятий «болезнь» (характеристика состояния сознания) и «симптом» (характеристика
состояния тела) отходит от анализа того, что происходит в теле, приближаясь к пока еще непривычному в этом смысле изучению уровня психического. Врач похож на театрального критика, который, ругая не понравившуюся ему постановку, чаще всего обрушивается на слабую режиссуру, плохие декорации или актерскую игру. Мы же, выступая здесь скорее как теоретики драмы, интересуемся исключительно содержанием и качеством пьесы.
Если в теле человека проявляется какой-то симптом, он в большей или меньшей степени привлекает к себе внимание и нарушает непрерывность жизненного пути. Симптом это сигнал, на который направлены интерес и энергия человека и из-за которого нарушается привычный ход событий. Хотим мы того или нет, но к симптому мы относимся уважительно. Рассматриваем это, пришедшее якобы извне изменение как помеху и стараемся его устранить. Человек не хочет, чтобы ему мешали, поэтому он начинает активную борьбу с симптомом. Так симптом практически всегда добивается того, чего хотел, чтобы им занимались.
Со времен Гиппократа медицина пытается убедить больного, что возникновение симптома это событие в большей или меньшей степени случайное, его причины следует искать в процессах работы организма. Именно их и изучает официальная медицина. Она делает все возможное, чтобы избежать необходимости объяснять эти симптомы, превращая, таким образом, и симптом, и саму болезнь в нечто незначительное. Но ведь симптом, посылаемый сознанием как сигнал, несущий какую-то важную информацию, перестает при этом выполнять свою основную функцию.
Для наглядности обратимся к такому примеру. На передней панели автомобиля находится множество контрольных лампочек, они загораются, когда в работе какой-нибудь важной системы автомобиля происходит сбой. Если во время движения зажигается одна из лампочек, мы, как правило, не испытываем от этого никакого удовольствия, понимая, что придется остановиться. Несмотря на вполне понятное чувство досады, никто не обижается на лампочку: ведь она только сообщает нам о неполадке в работе машины. Загоревшуюся лампочку мы воспринимаем как сообщение о необходимости обратиться к автомеханику и устранить неполадку, чтобы можно было спокойно ехать дальше. Но представьте, как бы мы рассердились, если бы приехавший автомеханик просто вывернул эту лампочку, хотя, обращаясь к нему, мы именно того и хотели чтобы она больше не горела. В данном случае мы твердо понимаем: важнее устранение причины возникновения сигнала, а не его отсутствие.
Симптом тоже играет роль контрольной лампочки, являясь видимым выражением незримого процесса. Он подает сигнал о необходимости прервать намеченный путь и выяснить, что же не в порядке. Сердиться на него не менее глупо, чем обижаться на лампочку, стремиться же «вывинтить» его просто абсурдно. Не нужно пытаться помешать его появлению, нужно сделать так, чтобы он просто не понадобился. Следует отвести свой взгляд от симптома и попытаться заглянуть глубже, научиться понимать, на что же он указывает.
Основная проблема академической медицины заключается в неспособности сделать этот шаг, поэтому она отождествляет симптом с болезнью, не умея отделить форму от содержания.
С большой помпой, используя многочисленные технические приспособления, мы лечим органы и части тела но не самого заболевшего человека. Мы стремимся в конце концов научиться предотвращать возникновение симптомов, не задаваясь вопросом, насколько это возможно и необходимо. Удивительно, как мало объективная реальность влияет на этот процесс. С момента появления так называемой современной научной медицины количество больных не уменьшилось и на долю процента. Изменились только симптомы. Этот факт, способный, казалось бы, отрезвить любого, старательно затушевывается с помощью статистических данных. Так, например, мы гордо оповещаем о победе над инфекционными заболеваниями, ни словом не упоминая, что других симптомов за это время стало гораздо больше.
Честной статистика станет только в том случае, если будет принимать в расчет не исчезновение тех или иных симптомов, а соотношение процента больных и здоровых людей. А оно в целом не изменилось и не собирается меняться в ближайшем будущем. В человеческом бытии болезнь укоренилась так же глубоко, как смерть, ее не уничтожить парой безобидных медицинских трюков. Если бы мы смогли почувствовать все величие болезни и смерти, то, наверное, поняли бы, насколько смешны наши попытки справиться с ними с помощью таблеток и процедур. Но ведь, с другой стороны, можно спасать и свои иллюзии, принижая болезнь и смерть, низводя их до чисто функционального состояния, наполняясь, таким образом, верой в собственное
величие и могущество.
Хотелось бы еще раз подчеркнуть, что болезнь есть состояние человека, которое указывает на то, что его сознание не в порядке, что нарушена гармония. Эта потеря внутреннего равновесия проявляется в теле в виде симптомов. Симптом является сигналом, который прерывает устоявшееся течение жизни и заставляет обратить на себя внимание, чтобы донести информацию о том, что человек болен, что у него нарушен баланс внутренних душевных сил, что с ним что-то произошло.