Так как ты не подтвердила свою принадлежность мне, любой в лагере попытается взять тебя силой. Вот тут мне осталось только задохнуться от возмущения. Принадлежность? Я что, вещь какая-нибудь, рабыня? Я родилась в свободной стране. Он что, считает, я сама во всем виновата? Только потому, что сразу с разбега не прыгнула в его постель и с восторгами не отдалась ему? Да за кого он меня принимает? В моем мире даже со ш дамами легкого поведения и то лучше обращаются!
Сейчас ты для них как лакомая добыча, червячок, подвешенный на крючке. А приданое это толстая рыбка, которую они надеются выудить.
Возможно, выражение моего лица было несколько туповатым, посему драконьер решил объяснить.
Червяка насаживают на крючок когда хотят поймать особо крупную рыбку. Это называется ловля на живца.
Я знаю, что такое рыбная ловля! Нечего тут объяснять! огрызнулась я, пораженная сложностью ситуации, в которую попала. Драконьер только издевательски выгнул черную бровь.
Как только лагерь снимется с места, они перейдут к решительным действиям. Я надеюсь, что ты будешь достаточно разумна, чтобы самостоятельно прийти и лечь в мою постель. При этих словах у меня отпала челюсть, вот это наглость! Вот это самомнение! Я могу дать тебе слово, что буду нежен, раз тебя так пугает близость. После тебе останется только подтвердить перед храмовниками, что дело сделано. Родишь ребенка и будешь свободна на все четыре стороны. Фразу про стороны света он особо выделил, приподняв брови и в упор посмотрев на меня, но я не поняла, куда он клонит.
Да я лучше с ядовитым ящером пересплю, чем с тобой! И буду нести от него яйца! Конечно, от возмущения я сморозила глупость, но отступать было уже поздно. Не получит он того, чего хочет, и все тут!
Дурочка, драконы живородящие. Ну, с ящером так с ящером, это дело вкуса. Некоторые особо извращенные наездницы так и поступают, если их драконы не слишком велики. При этих словах я покраснела. Не знала, что в этом мире у них существовало нечто подобное. Вот бы забыть теперь.
Только от преследования все равно тебе не избавиться. Дракон не может быть лордом. А вот любой драконьер, даже самый завалящий, вполне способен получить титул, и для этого ему стоит только разочек тебя изнасиловать. Если это и есть предел твоих мечтаний, я подожду, пока это произойдет.
Здесь что-то было не так. В словах Дрейка Дайера звучала ничем не прикрытая фальшь и наигранное безразличие. Ему-то какое дело? Если он утверждает, что ему все равно. С чего он тогда пугает меня такими вещами? Знает, что рано или поздно это произойдет, но не хочет предотвратить.
Ведь если мной овладеет другой мужчина, земли клана, принадлежащие Дайре Тайре, уплывут от него. Я решилась на прямой вопрос.
И тебя это не трогает что кто-то может я еле-еле протолкнула через стиснутые зубы эту фразу, обладать мной?
Мне все равно! Один или другой, какая разница? Но я посмотрю, как ты извиваешься на крючке. А после усыновлю твоего бастарда. Так или иначе, земли клана даррийцев будут моими! надменно бросил фарриец, выходя из ангара. И все. Вот так вот просто, разговор окончен.
Простояв секунду в ошеломленном состоянии, я кинулась к подачке и вцепилась в узел с одеждой. Разворошив тряпки, обнаружила, что это одежда фаррийца. По его мнению, чистая, а на мой взгляд, драконьер носил ее, не снимая годами. Запах тела предводителя драконьеров. Фу! И драконами попахивает! Бе!
С омерзением я натянула на себя длинную рубашку и широкие бриджи, смешно смотревшиеся на мне. Дополнив все тартаном, я решила, что готова. Теперь мной будет трудно овладеть, пусть сначала снимут все слои одежды!
Стоило мне выйти из ангара, я поняла: проспала что-то очень важное. Лагерь снимался с места. На глазах груженые телеги одна за другой покидали лагерь.
Через несколько часов лагерь окончательно снялся с места и, растянувшись длинной вереницей драконов и повозок, покатил прочь.
Оказалось, мне, как драконьеру, полагались бесплатные постромки и седло для ящера. Не новые, конечно, но еще крепкие. Все это, как и мешок с драконьей едой, притащил мой верный слуга Бьерн, за что я ему была безмерно благодарна. Он же успел рано утром накормить и напоить дракона и раздобыть завтрак для меня.
За что я не просто испытывала чувство благодарности, я готова была поклоняться ему как богу. Поскольку никто иной не озаботился моей кормежкой, даже Дрейку Дайеру, возомнившему себя моим мужем, не пришло в голову, что надо бы покормить свою невесту. Здесь земля и ящеры были важнее людей.
Без денег и знаний я растерялась в чужом мире. Бьерн не только накормил и напоил меня, но и шепнул на ухо доброе слово, а то без поддержки я совсем раскисла.
На сытый желудок я уже готова была к любым испытаниям.
Оказалось, что я не просто должна была владеть драконом, дрессировать его и воспитывать это само собой разумелось. Еще в мои обязанности входило решать крестьянские споры и защищать этих самых крестьян от разбойников и воров. А также помогать лордам-драконьерам собирать дань с арендаторов, землепашцев и скотоводов, проживающих на земле клана. Чем, собственно, и занимались драконьеры, когда я вышла из леса.