Краем глаза я наблюдал. К Д.Д. подошла Люся, взяла со стола стопку чертежей, в том числе и наш. Сняла кальку. Д.Д. её подписал. Потом появились «синьки» или, вернее, «бурки», потому что аммиачная светочувствительная бумага, на которой теперь печатаются чертежи, бурого цвета. Я взял экземпляр на память.
Гена чертил хорошо, линии у него были установленной толщины, законченные и ясные. Может быть, поэтому чертёж казался учебным, ненастоящим. Не верилось, что по нему можно сделать вещь в пластмассе и металле.
«Аммиачка» размыла линии, они потеряли отчётливость. Чертёж стал скромнее и реальнее. В нём появилось что-то волнующе-производственное. Такие чертежи я видел на заводе, когда мы проходили практику.
На бланке со штампом «Отдел изобретений» Майя отстукала официальную «бумагу» начальнику портовых мастерских. В письме Смолин просил изготовить «экспериментальные образцы следующих приборов». Дальше шло перечисление. Наш назывался третьим.
Позвонить Татаринову? спросила Майя.
Это было просто вежливое напоминание, Татаринову всегда звонил Данил Данилович.
Я сам, сказал Д.Д.
Татаринов пришёл через четверть часа. Как обычно, он сначала поздоровался со всеми, а потом отдельно за руку с Данил Даниловичем.
Я злюсь, вся эта кутерьма мне надоела.
Пора, требует Гена. Ему, видимо, тоже.
Соблюдайте осторожность, предупреждает Д.Д. Ни в коем случае не уходите глубже, чем надо.
Я слышу это уже в десятый раз. Киваю. «Ладно, только пустите, думаю я мстительно, там посмотрим». Ясно, я уйду как можно глубже. Хотя бы для того, чтобы не слышать этих разговоров. Д.Д. давно уже штатский, а никак не отвыкнет командовать. Так и представляю иду под водой и слышу: «Вдох. Выдох. Теперь глубже. Дышите правой ноздрей. Как вы дышите! Неужели вы не знаете, где лево, где право»
Пошли, говорит Д.Д. и осторожно, как маленького, ведёт меня к лестнице.
На помощь к нему бросается Смолин. Подхватывает меня под другую руку. Меня почти несут, будто я сломал ногу или я истеричная дама и сейчас грохнусь в обморок. Интересно, в воду они меня тоже внесут на руках или как? Нет, они ограничиваются тем, что спускают меня по лестнице.
Я никак не могу к ним приноровиться и с последней ступеньки неуклюже плюхаюсь. Правда, равновесия я не теряю, и со стороны это не очень заметно.
Стоп! кричит Смолин. Отдышитесь!
Передохните! настаивает Д.Д.
После их поддержки действительно надо передохнуть. Тем более, что от советов и предостережений я в самом деле начинаю волноваться.
Беру себя в руки. Вынимаю шлем, примериваюсь и одним движением (тренировка) натягиваю на голову. Голоса слышны глуше. Делаю вдох, срабатывает автоматическая система. Аппарат включён!
Не забудьте загубник, голос Смолина. (Понятно, я не забыл.)
Проверьте герметичность, призыв Д.Д. (Давно проверил, оттянув и отпустив маску. Резина щёлкнула.)
Включай! не удержался и Гена.
Отключитесь! кричу я, но никто меня не слышит.
Вдох. Ещё вдох. Это пока обычный воздух из дыхательного мешка. Ага, воздух теплеет. Появился лёгкий запах перекиси. А может, это и не запах, привкус паров. Островатый такой привкус, от которого хочется чихнуть. Сейчас пройдёт. Клапан уравновесит поступление перекиси, я опущусь глубже, вода закроет аппарат начнёт действовать бесплатное водяное охлаждение.
Так и есть. Идёт кислород. Дышится легко и приятно. И как-то даже не верится, что это наш собственный кислород, полученный в нашем аппарате, из нашей перекиси.
Делаю несколько шагов. Становится прохладнее, особенно ногам. Чувствую, что глубина увеличивается. Вода уже закрыла рот, дошла до глаз. Ещё мгновение
Стоп! Немедленно прекратите! доносится до меня. Я не понимаю, кто и кому это кричит. Но голос незнакомый, только поэтому я останавливаюсь.
Я вынужден буду составить акт!
От этой непонятной угрозы я совершенно теряюсь. Надо идти вперёд: один шаг, и незнакомцу придётся нырять за мной вместе с вечной ручкой и актом. Но я поворачиваю и бреду назад, стягивая шлем.
У края бассейна, держа в руках соломенную шляпу, стоит маленький человек. Он тяжело дышит, весь в поту видно, очень торопился. Чёрные волосы его торчат во все стороны.
Немедленно прекратите безобразие! возмущённо требует он.
Какое безобразие? угрожающе спрашивает Смолин. Он не из тех, кого можно запугать.
Я составлю акт! визжит владелец шляпы.
Вот вам ручка, и не мешайте работать, говорит Д.Д.
Человек вытирает шляпой пот, неожиданно успокаивается.
Правила техники безопасности
Знает, перебивает Смолин.
А права?
Я подхожу ближе. Никаких прав у меня, конечно, нет. Это всем понятно, и Смолин молчит. Вступает Д.Д.
При пользовании водолазным скафандром права необходимы, примирительно говорит он.
Человек кивает. Именно так: необходимы.
Однако это касается обычных аппаратов. В данном случае испытывается совершенно новый, уникальный скафандр. Кто же может выдать права? Ведь нет человека, который знал бы прибор лучше автора.
Этот неожиданный поворот ставит человека в тупик. Видимо, подобный случай инструкцией не предусмотрен. Смолин с удовольствием подмигивает Д.Д.: мол, здорово, и отворачивается. Хозяин шляпы его не интересует, он уничтожен, он уже в прошлом. А испытания впереди.