Даже поддержание такого простенького заклинания далось мне с трудом. Потратив много энергии из той, что была в моём распоряжении, я ощутил жуткую слабость. Ноги подкосились, и моё тело рухнуло на пол, отказавшись подчиняться. Недолго музыка играла. А всё эта чёрная гадость, до сих пор отравляющая моё тело.
Миша! в комнату ворвался князь и тут же бросился ко мне, падая рядом со мной. Подхватив моё тело на руки, он уложил меня на колени и провёл рукой над вновь открывшейся раной. Держись, сынок, сейчас.
Он больше ничего не говорил. Я скосил глаза, следя за рукой мужчины, из которой начал изливаться синий огонь. Проникая в моё тело, он приносил не жар, а спасительную прохладу, убирая боль и залечивая раны. Я убирал уже не нужные, удерживающие жизненные силы заплатки из первозданной энергии и старался слиться с ней воедино, создавая из неё новую защитную оболочку для собственной души. Стало заметно лучше. Раны затянулись, а чёрная отравляющая меня дрянь распадалась под действием синего пламени.
Как себя чувствуешь? убрал он руку, глядя мне в глаза. Я приподнялся, садясь напротив князя, ощупывая свою грудину, не обнаружив даже шрама. Единственное, что появилось ощущение пустоты. Словно чего-то не хватало, чего-то важного для меня.
Пусто, честно ответил я. Судя по тому, как отвёл отец глаза, он понял, о чём я говорил. Не думал, что ты ко всему прочему ещё можешь исцелять, неожиданно вырвалось у меня, хотя я давал себе чёткую установку лишний раз в его присутствии не открывать рот.
Только тех, в ком течёт моя кровь, ответил он, поднимаясь на ноги. Мне не известно, что ты сделал, но я почувствовал твоё присутствие. Надо уходить отсюда. Те, кто напал на тебя, думают, что ты мёртв. Судя по тому, как он разговаривал с сыном, этот парень явно не был малолетним дураком, а вполне умным и рационально мыслящим ребёнком. Я схватился за протянутую им руку и поднялся на ноги.
Они ушли отсюда, точнее, переместились, указал я рукой на центр комнаты, прямо в то место, где стоял в это время князь. Он провёл рукой по воздуху, открывая
портал. Приложив к центру голубой ряби руку, он кивнул и закрыл переход.
Вот отсюда и начну, прошептал он, после чего подошёл к шкафу и, достав оттуда сумку, небрежно скидал туда вещи. Некоторые из них он передал мне, чтобы я переоделся. Судя по всему, снаружи было холодно, учитывая тёплые сапоги и пальто. Натянув на мою голову шапку, он улыбнулся, хотя все его движения и взгляд говорили об усиливающейся ярости, которую он едва мог контролировать. Пойдём, нужно спрятать тебя в безопасном месте. Там расскажешь о том, что произошло и что смог запомнить.
Он открыл лёгким движением окно перехода в тот же самый момент, когда здание начало рушиться. Князь обернулся и выпустил из руки яркое пламя, которое в считаные мгновения окутало комнату. Логично, никто не должен знать, что я жив. А огонь унесёт за собой все следы. Мужчина взял меня за руку и сделал шаг, скрываясь в ряби портала, увлекая меня за собой.
Глава 2
Князь накинул на плечи плотный серый плащ, который скрыл его довольно запоминающийся артефактный доспех, и повернулся ко мне.
Где мы? полюбопытствовал я.
В северной части княжества, недалеко от заставы. Пояснил он, поднимая капюшон, покрывая им голову и большую часть лица. Сражений здесь практически не было за годы войны. Пойдём.
Он взял меня за руку и повёл по едва заметной тропе, через чащу, выводя в скором времени на широкую протоптанную дорогу. Мимо нас проехала повозка, запряжённая лошадьми, в которой ютилось человек десять. В основном это были женщины и дети. Мужчины, сопровождающие их, шли рядом.
Беженцы из приграничных земель. Их дома полностью разрушены, а местность, откуда они родом, ещё долго не будет пригодна для жизни. Тихо сказал он и вышел на дорогу. Мою руку он крепко стискивал, словно боялся, что если отпустит, то я тут же исчезну. Не удивительно. Он ещё неплохо себя в руках держит. Однажды жители этой деревни мне помогли. Я получил серьёзное ранение ещё в самом начале войны, они дали мне кров и целебные травы, чтобы я смог восстановиться, никому так и не рассказав, кто был их гостем на самом деле. Думаю, они и в этот раз помогут мне, тем более, что то ранение я получил по их вине.
Я кивнул, думая о том, что сказал князь. В целом, логика в его действиях была. Те, кто напал на его семью, явно знают обо всех укромных местах, и искать будут у знакомых, да в высших кругах. Никто в здравом уме не станет перерывать все мелкие поселения, в поисках пропавшего мальчика, если слухи о том, что я жив, разойдутся по заинтересованным лицам.
Мы шли молча. Куда именно я даже не мог представить. Как бы ни вглядывался вперёд, но никакого города или поселения разглядеть не мог, только лес по сторонам и дорога, запорошённая снегом.
Когда показался высокий забор и массивные ворота, я уже еле передвигал ногами. Всё же быть нетренированным и лишённым магии ребёнком не слишком круто. Колонна с беженцами свернула на развилке перед самым поселением, поэтому возле медленно отворяющихся ворот мы с отцом оказались в полном одиночестве. На воротах стояло несколько мужчин, которые нас не остановили и ничего не спросили, только попятились, отводя глаза. Идя по широкой центральной улице, мы то и дело встречали местных. Дети смотрели на меня брезгливо, женщины сочувствующе, мужчины неприветливо, но как только они переводили взгляд на моего спутника в серых одеяниях, то моментально округляли глаза, в которых начинал плескаться страх. Они торопливо кланялись и исчезали за высокими заборами своих домов. Это князь так незаметно решил пробраться в город, или такие эмоции вызывал серый, накинутый на тело плащ? Думаю, что скоро я об этом узнаю.