В декабре восемьдесят пятого Седов уже был дома. Нога побаливала, но постепенно молодой организм стал брать свое; он стал разрабатывать больной сустав и вскоре забросил трость в дальний угол дома.
После нового года он поговорил с мамой:
Хочу устроиться в милицию.
Ты что Валера, какая милиция?! ахнула мама. Ты весь израненный, тебя не возьмут туда по состоянию здоровья.
Нет, мама, я хочу в милицию, упрямо повторил сын.
А почему именно в милицию? недоуменно развела руками она. Есть же много гражданских специальностей, да и учиться надо бы тебе
Поговори с Юшковым, поневоле прервал он маму. Дядя Коля при желании поможет устроиться в милицию.
Полковник милиции Николай Васильевич Юшков был их дальним родственником. Он служил на ответственном посту в министерстве внутренних дел и, как справедливо рассудил демобилизованный солдат, для него не составило бы большого труда устроить его в милицию.
Ну что с тобой поделаешь! в сердцах воскликнула мама. Так и быть, поговорю с Колей, но учти если он откажет, то на этом успокойся и забудь про милицию!
Через три дня после этого разговора Юшков вызвал Седова. Полковник встретил его радушно, обнял и похлопал по спине, приговаривая:
Сколько лет, сколько зим! В последний раз видел тебя еще школьником, а уже солдат, герой Афганистана!
Да какой я герой? засмущался тот. Не успел толком повоевать, «духи»* (в данном случае душманы, те же моджахеды) в засаде подранили.
Усадив солдата на стул, Юшков стал расспрашивать:
Какие раны получил?
Тяжелая контузия, раздробленная левая нога.
Как теперь чувствуешь себя? Голова не болит? Как с памятью? Не хромаешь?
Постепенно прихожу в норму, голова немного побаливала, сейчас уже нет, не хромаю, на память не жалуюсь.
Ранения занесены в военный билет?
Да, о контузии есть отметка.
Плохо
Юшков походил по кабинету, о чем-то немного подумал и поинтересовался:
Хочешь обязательно устроиться в милицию?
Да, Николай Васильевич, только в милицию.
А мать-то твоя не желает, чтобы ты работал в милиции, хочет тебя основательно подлечить.
На то она и мама, усмехнулся солдат. Ей кажется, что я больной и хромой, но я чувствую в себе силы и смогу работать в милиции.
Вижу, что ты твердо решился стать милиционером, восхищенно покачал головой полковник. Раз такое дело, будем помогать в исполнении твоей сокровенной мечты.
Спасибо,
товарищ полковник! вскочил на ноги Седов. Буду служить верой и правдой!
Погоди, погоди, еще рано благодарить меня, успокоил его Юшков. Сначала тебе надо пройти медицинское освидетельствование, что самое сложное в твоем положении, но это я беру на себя, договорюсь, чтобы пропустили. Только учти одно о контузии врачам ничего не говори, а военный билет спрячь, я в военкомате договорюсь, чтобы тебе выдали дубликат без отметки о ранении. В какой службе хотел бы работать?
В уголовном розыске.
Туда без высшего или средне-специального образования не возьмут. Пока устроим тебя во вневедомственную охрану, оттуда заочно поступишь в школу милиции, тогда и можно будет говорить о службе в уголовном розыске.
Весной восемьдесят шестого Седов уже служил в милиции. В его обязанности входила охрана объектов, работа ему понравилась, но он никогда не оставлял мечту стать сотрудником уголовного розыска, подав документы для поступления в заочное отделение Хабаровской высшей школы милиции. Ночами, когда он находился на посту, иногда контузия давала о себе знать пульсирующими болями в голове, ныла раненая нога, но молодой милиционер, стиснув зубы и зажмурив глаза, силой воли настраивал себя к службе, чтобы когда-нибудь исполнилась его мечта стать сотрудником уголовного розыска.
Вскоре приехал Вахрушев со своей невестой Варей, была сыграна небольшая свадьба на тридцать с лишним человек, где свидетелем со стороны жениха, как и обещал, стал его друг по танковому сватовству.
Осенью этого же года Седова вызвал к себе Юшков и сообщил радостную новость:
В министерство набирают младших оперуполномоченных уголовного розыска для борьбы с карманными кражами. Я могу устроить тебя в это подразделение, там не требуется высшего и средне-специального образования. Согласен?
Конечно, согласен! обрадованно воскликнул милиционер. Что мне сделать для этого?
Полковник подал ему чистый лист бумаги и приказал:
Напиши рапорт о желании служить в уголовном розыске. Остальное моя забота.
Итак, в начале восемьдесят седьмого года, когда молодому милиционеру не исполнилось и двадцати двух лет, он стал сотрудником уголовного розыска по борьбе с карманными кражами.
Когда документы о переводе Седова поступили в уголовный розыск, Савчук пригласил последнего на собеседование. Молодого сотрудника милиции встретил лохматый мужик в замызганной телогрейке, который сиплым голосом поинтересовался:
Вам кого, молодой человек?
Мне бы Сергея Владимировича, ответил милиционер, недоумевая, почему в кабинете у руководителя милиции за столом сидит подозрительного вида человек и чувствует себя довольно-таки по-хозяйски.
А нет его, я вместо него, просипел мужик и приказал, нагло ухмыльнувшись: Докладывай немедленно, зачем пришел!