«Ну же, капитан, сказал Мёрдок Соломосу. Что с наручниками?»
«Стандартная оперативная процедура, лейтенант», вежливо ответил Соломос. «Все заключённые должны быть изолированы для их собственной безопасности и безопасности сотрудников полиции, производящих арест, во время процесса».
«Вы ведь не арестуете моего человека, правда?»
«Да. Я арестовываю вас всех. Вы будете находиться здесь, в Салониках, пока мой офис не примет меры для вашей передачи американским военно-морским властям».
«Ох, чёрт возьми, капитан! Как так?»
Ваше вмешательство поставило под угрозу греческую контртеррористическую операцию и привело к побегу как минимум одного подозреваемого. Более того, ваши действия спровоцировали перестрелку в порту Салоник, в которой могли погибнуть невинные прохожие. Я буду очень рад увидеть вас в последний раз, лейтенант.
«Это чушь собачья, Соломос, и ты это знаешь! Вы, ребята, ни черта не собирались делать с этими подозреваемыми, а перестрелка началась, когда ваши проклятые солдаты ворвались с прожекторами и сиренами!» Он не упомянул о снайперском выстреле с вышки, который уничтожил стрелка. Соломос, похоже, не включил в свою тираду отряд «Дельта». Папагос и Браун стояли неподалёку, под охраной, но ещё не в наручниках. Люди Соломоса, похоже, игнорировали бойцов «Дельты», всё ещё занимавших позицию на вершине вышки.
«Кажется, пятеро из ваших людей пропали, лейтенант», сказал Соломос. «Вас было девять. Где остальные?»
«Осматриваю достопримечательности».
«В такой час ночи? Не думаю».
«Тогда они шатаются по барам. Может, тебе стоит заглянуть в местные таверны? Или в публичные дома».
«У меня есть идея получше. Возможно, вы будете более охотно обсуждать с нами всё в разумной форме в полицейском участке». Он полез в задний карман и достал наручники. «Повернитесь и заведите руки за спину».
Мердок колебался, словно
не зная, что делать, переводя взгляд с Папагоса на Брауна, а затем на Розелли. Розелли широко подмигнул ему, давая понять, что, по крайней мере, считает, что всё идёт хорошо.
Хороший
Они уже обдумали все возможные варианты, планируя эту операцию с Бисли и людьми из «Дельты». Он подчеркнул и Розелли, и Стерлингу, что им нужен хотя бы один из этих людей с яхты, несмотря ни на что. Из-за яркого света и суматохи Мердок не мог ясно разглядеть, что происходит, когда патрульный катер приблизился к «Гларос», но тот факт, что и Джейбёрд, и один из подозреваемых пропали, был обнадеживающим знаком.
Он просто надеялся, что Джейберду действительно удалось выполнить свою часть работы, иначе все это представление будет напрасным.
12
23:24 Порт Салоники, Греция
«Я сказал, повернись! Руки за спину!»
«Ну, ну» Мердок резко развернулся, повернувшись спиной к Соломосу но затем продолжил движение, резко и быстро, пригнув голову и резко взмахнув ногой вверх и в обратном круговом ударе. Его нога врезалась капитану УБН в живот, согнув его пополам и оторвав пальцы ног от тротуара.
«Лочагос!» крикнул солдат, и тут же локоть Мэджика врезался ему в лицо не один, а два раза, настолько быстро, что движение стало размытым. Папагос уклонился от охранника, нанес удар по внутренней стороне лодыжки, наступил на дуло своего смазочного пистолета М3 и вырвал его прежде, чем палец охранника успел коснуться спускового крючка. Розелли просто развернулся и нанёс удар ногой с разворота в лицо своему испуганному охраннику, отправив того в воду. Второй солдат с изумлением смотрел на Соломоса, который всё ещё усердно обвивался вокруг ботинка Мёрдока, и не заметил двух молниеносных ударов, которые пришлись ему сначала в живот, а затем в голову.
Обычно попытка безоружного устранения солдат с автоматическим оружием была не чем иным, как актом отчаяния и отличным способом кого-нибудь подстрелить. Однако Мердок оценил этих людей и решил, что если «морские котики» собираются прорваться, то лучше сделать это сейчас, пока всё неясно, чем позже вполне вероятно, в греческой тюремной камере. Солдаты, подумал он, были армейскими, привлечёнными для помощи УБН, а не сами сотрудники УБН. Они были молоды и неопытны; по их толплению на причале было ясно, что они не имеют ни малейшего представления о происходящем. Без сомнения, их вывели из казармы тем вечером и сообщили, что они помогают полиции, но они всё ещё не знали, кто или что их пленники.
Они спешно выясняли ситуацию. Раз-два-три, и ещё трое солдат были ранены или обезоружены. В суматохе заключённый с «Глароса» увидел возможность и бросился бежать, но Разор спокойно выставил ногу и подставил ему подножку, ударив лицом об асфальт.
«Брось их! Брось их!» рявкнул Мэджик, взмахнув смазочным пистолетом, который он отобрал у одной из своих жертв. Солдаты уставились друг на друга, затем на Мэджика, который в отчаянии крикнул Папагосу: «Ради всего святого, Ник, скажи этим ребятам, чтобы бросили их!» Один за другим пистолеты и пистолеты-пулемёты с грохотом падали на тротуар, и люди начали поднимать руки в воздух.
Тем временем Мердок схватил Соломоса за волосы и, схватив его левой рукой за горло, резко взмахнул им вверх и в сторону, угрожающе уперев костяшку вытянутого правого пальца в висок капитана УБН. «Давайте ключи от наручников Роселли, капитан». Мужчина задергался, затем попытался вырваться, и Мердок усилил давление костяшкой пальца на его голову. «Давай, или я залезу тебе в череп и вырву твои глаза изнутри! Давай!»