Затевахин, отдай немедленно ружье!
Я оглянулся и увидел того, кого здесь не мог представить даже в страшном сне
Из рассказа Толи Затевахина
Шо?! Ах ты, падла, ну сейчас ты у меня получишь!
Я думаю: и зачем дяде Боре это надо? Схлопочет ведь сейчас сапогом по ребрам.
Оказалось, он того и добивался. Как только Сивуха подскочил к нему, чтоб ногой, значит, долбануть, тут его Борман за каблук и схватил. Я и глотнуть не успел, как Борман оказался у Сивухи за спиной и обхватил его руку, которой он за автомат цеплялся.
Испуганный номер первый и хотел было выстрелить в Бормана, да боялся попасть в Сивуху. На какое-то мгновение охранник растерялся, и автомат в руках Сивухи подпрыгнул вверх. Номер первый, держась за плечо, откатился с воем к стене. Сивуха брякнулся на пол, а Борман ловко перехватил его автомат. Я подобрал ружье и посмотрел, значит, на Бормана, ожидая инструкций.
Затевахин, осторожнее с огнестрельным оружием, услышал я голос сзади. Тебя что, на уроках ОБЖ не учили?
Я, где стоял, там, значит, чуть наземь не грохнулся. Уж кого я только теперь в этих подземельях не ожидал встретить хоть бомжей психованных, хоть диггеров, хоть монстров рогатых, которых в компьютерных игрушках рисуют. Но не облаченную в десантную камуфляжную форму, в черных ботинках с высокой шнуровкой, Вермишель!
Да-да, это была наша завучиха собственной персоной. Только вместо указки и классного журнала она держала в руках винтовку и прибор ночного видения, который, как шлем, надевают на голову.
Я смотрю, и у Бормана глаза на полвторого.
Вы кто?! подозрительно взглянул он на Вермишель.
Капитан службы контрразведки Козюлина Вера Михайловна, отрекомендовалась Вермишель. Да вы автомат свой, Борис Федорович, на предохранитель поставьте. Операция закончена.
Ты ее знаешь? обернулся ко мне Борман.
Я кивнул. Еще бы не знать она мне тройбан в прошлой четверти по литературе влепила!
В это время крепкие ребята в камуфляже втолкнули к нам в бомбоубежище Моченого, главу "Банзая" Ползун-кова, какого-то парня в белом халате, профессора, Мензурку, бомжа Хром-нога и моего брата Кольку, живого и невредимого!
Так, оглядела Вермишель поле боя. Как старший по званию, приказывать здесь буду я. Пока прошу всех присесть.
"Еще бы! подумал я. С ней всегда так: когда не увидишь она всегда, значит, старшая по званию".
Мы расселись на нарах. С одной стороны разместились Сивуха, Ползунков, номер первый и связанный Моченый. С другой профессор, Мензурка, Борман, парень в халате и я с Колькой.
Ты как? шепчу я. В порядке?
В порядке, улыбается Колька.
Ну, молоток, двигаю я его по ребрам.
Видел Вермишель? отвечает Колька мне тем же. Во дает, а?
Затевахины, на первой парт Ах ты, Боже мой Затевахины, потише!
"Ну, вздыхаю про себя, опять начинается. Тема сегодняшнего урока поэма Николая Васильевича Гоголя "Мертвые уши"
Вот что, господа мои хорошие, оглядела всех нас Вермишель стальным взглядом. Расселись вы не совсем так, как надо бы. Придется вас пересаживать. Лаборант Катышевич, попрошу вас присоединиться к вашим соучастникам.
Парень в белом халате засуетился, вытер вспотевшие ладони о брюки и, не пререкаясь,
перебрался к Моченому.
Ну вот, удовлетворенно заметила Вермишель, теперь вся шпионская группа в сборе. Осталось выяснить, где находится Хозяин, он же резидент Вот он! заорали мы одновременно с Колькой и указали, значит, прямо на Мензурку.
Тот побледнел, оглянулся на обалдевшего от нашего заявления профессора и стал, значит, медленно подниматься со своего места!
Из рассказа Коли Затевахина
Но когда наша затея провалилась и мы, отдышавшись, снова зажгли свет, в мозгах у меня что-то щелкнуло. А как могла загореться лампочка, если произошло короткое замыкание? Ведь охранник заорал от боли, когда я впотьмах ткнул оголенными клеммами в стальную дверь. Не могли же у меня быть такие слуховые галлюцинации. Но тогда извините, пожалуйте бриться, как говорил наш учитель физики, когда вызывал кого-нибудь к доске на разбор ошибки, допущенной в лабораторной. Либо никакого удара током не было, либо на электрощитке должны были перегореть предохранители!
Это так следовало по науке. Была, правда, одна маленькая вероятность, что в щитке стоял предохранитель с мощным сопротивлением.
Как только я вспомнил про план-схему коммуникаций бомбоубежищ, то сообразил, как можно проверить мою гипотезу.
Когда я увидел, что лампочку в нашем каземате контролировал самый заурядный бытовой предохранитель, что ставят в квартирах, мои сомнения исчезли.
Теперь все стало на свои места.
Я понял, почему исчезновение профессора прикрывал лаборант Катышевич, а Мензурка позвонил в школу, чтобы сообщить о "заболевших" родственниках, сам.
Я понял, почему фирма "Банзай" приобрела именно пять радиотелефонов: первый предназначался Мензурке, второй Ползункову, третий Катышевичу, четвертый Моченому, а пятый Сивухе. Вот почему они все время сидели у нас за плечами шел быстрый обмен информацией!
Я понял, почему Мензурка так быстро загорелся идеей сходить со "сти-ном" к профессору. Удобнее предлога, чтобы попытаться что-то выудить у Порфирия Петровича, и придумать было нельзя!