В соседнем кабинете Майк Льюис торопливо отвечал на телефонный звонок. Потом он просунул голову в открытую дверь комнаты Лангтона.
Шеф?
Лангтон рассеянно отвел взгляд от стола.
Кто это звонит?
Не могу сказать. Мне не представились. Вы хотите поговорить или нет?
Да, да, откликнулся Лангтон и снял трубку. Останься.
Майк перелистывал бумаги, пока Лангтон отрывисто спрашивал:
Сколько лет? И кто там? Окей, спасибо. Верните мне. Я оценю.
Лангтон повесил трубку.
На Клапхэм Коммон только что найден труп. Не думаю, что это связано с нашими жертвами. Очевидно, убита молодая девушка. Но они только что отправились по вызову.
Он задумчиво повернулся в кресле.
Майк, ты знаком с суперинтендантом Хеджесом? Наверное, ты его видел у него короткая стрижка, круглая голова и, кроме себя, он никого не замечает.
Да, я его знаю. Настоящая задница и сукин сын, вот кто он.
Он ведет это дело. Сам понимаешь, труп нашли в его квартале. Но если мы получим еще какие-то подробности, возможно, мне захочется вмешаться.
Майк поглядел на фотографии, разложенные на столе.
По-вашему, это может быть пропавший ангелок, Мелисса Стивенс?
Вполне вероятно. Лангтон собрал документы и поднялся из-за стола. Включи в нашу группу эту Анну Трэвис.
Кого, эту новенькую?
Угу.
Да она же никогда не работала в отделе убийств.
Лангтон надел пальто, неловко сунув руки в рукава.
Ее отцом был Джек Трэвис. Кто знает, вот я сейчас ткнул ручкой наугад в досье его дочери, и, возможно, это хорошая карма.
Он остановился у двери.
Как бы то ни было, при нашем нынешнем рейтинге дело нам может и не достаться. Если шеф положит все материалы в архив, у нас сохранится лишь «скелет» команды. А потом и другие наши дела перекочуют на полки архива и осядут там навсегда. Спокойной ночи.
Льюис вернулся к столу в ситуационной комнате и набрал номер Анны Трэвис.
Вместе с ней в патрульной машине ехали Льюис и другой детектив, сержант Баролли. Широкоплечий Майк Льюис был склонен к полноте, а круглое лицо и румяные щеки придавали ему вид завзятого оптимиста, не привыкшего падать духом. В сравнении с ним Баролли казался невысоким, по-итальянски темноволосым и темноглазым, но говорил с характерным акцентом восточного Лондона.
Когда они притормозили у стоянки в Клапхэм Коммон, она заметила фургон судебно-медицинской лаборатории и несколько машин без номеров. Полицейские кордоны не позволяли проходить никому, кроме своих, однако для фургона с продовольствием было сделано исключение. Он уже остановился, и ее коллеги толпились вокруг него в очереди за пирожками и сандвичами.
Больше всего Анну удивило отсутствие какой-либо спешки. Льюис и Баролли направились к «Первому Чайнику» выпить немного кофе. Она оглядела пустырь, перерезанный желтой линией
парковки, и увидела снующих взад-вперед судебно-медицинских экспертов в белых халатах.
Это и есть место убийства? спросила она Льюиса.
Похоже на то. Да.
А не пройти ли нам поближе, чтобы суперинтендант Лангтон смог разглядеть нас в толпе? робко предложила она.
Выходит, вы уже позавтракали? осведомился Льюис.
Да, перед тем как вы мне позвонили.
На самом деле она выпила лишь чашку черного кофе. Анна перенервничала, и кусок не лез ей в горло. Она подождала, пока Льюис и Баролли прикончат сандвичи с беконом. К счастью, легкий завтрак не занял у них много времени, и вскоре все трое двинулись к месту убийства. Анна замыкала процессию, пропустив мужчин вперед. Пройдя примерно восемьсот ярдов, они спустились по пологому склону. Ей бросилось в глаза, как напряглись оба сыщика. Льюис достал из кармана носовой платок и расправил его, а Баролли развернул упаковку с жевательной резинкой.
Они приблизились к группе, стоявшей под деревьями в небольшом овраге. Там собрались судебно-медицинские эксперты, которые или ползали, обмеряя участок земли, или обходили его кругами. Анна сделала несколько шагов по настилу из досок, предусмотрительно проложенному вдоль грязного склона. Оба сыщика кивнули знакомым, но никто не проронил ни слова. В тишине чувствовалось что-то гнетущее. А потом Анну как будто ударили невыносимый запах напоминал аромат сгнивших в воде цветов с отсыревшими и бесцветными стеблями. Вскоре от этого запаха уже некуда было деваться.
Вы опоздали! прикрикнул Лангтон на двух сыщиков. Он повернулся, чтобы закурить сигарету, и она увидела высокого стройного мужчину в белом хлопчатобумажном халате судебно-медицинской лаборатории. На его резко очерченном подбородке успела выступить синеватая щетина. У Лангтона был орлиный нос и пронзительные глаза, взгляд которых не всякий мог выдержать. Никто из детективов не стал оправдываться, и оба они повернулись к только что поставленной белой палатке. Лангтон глубоко вздохнул, затянулся и выпустил дым из ноздрей.
А это возможно? донесся до нее голос Льюиса, обратившегося к их шефу.
Да. Но будьте бдительны. Этот тупица-прокурор хочет «повесить» дело, если мы не сможем ничего доказать. Уж он-то свое слово сдержит, и нам нужно поторопиться.
Взгляд Лангтона упал на Анну. Он в упор, без стеснения уставился на нее.