Твоя мама (так же, как и папа) не бросала тебя, Ксюша, перебила женщина с какими-то странными, болезненными нотками в сдавленном голосе. Тебя у нее отняли.
То есть? шепнула я, затаив дыхание. Когда неожиданно услышала громкий, противный женский голос, доносившийся с третьего этажа:
Люнчевская, ты?! Шагом марш в деканат!
Приглядевшись, я поняла, что источником голоса была полная пятидесятилетняя женщина с баклажановыми волосами секретарь декана. Которая развернулась и нырнула в коридор, едва передала свое послание.
Когда же я обернулась, то поняла, что этой странной женщины больше нет рядом. Куда она запропастилась? Юркнула на этаж и скрылась в одной из аудиторий?
В любом случае, я не могла сейчас ее искать. Меня ждал декан. И предчувствия по поводу этого ожидания у меня были самые, что ни на есть, паршивые.
Открыв дверь приемной, я бросила взгляд на секретаря, уже вовсю погрузившуюся в свой компьютер (на котором, зуб даю, пасьянс раскладывала!). И, робко потупив взгляд, проскользнула в кабинет, где увидела Павла Петровича
Павла Петровича ведь? Не Пашу?
Привет, Ксюша. Проходи, сказал декан, поднявшись с рабочего места. И пока я сделала несколько шагов глубь кабинета сам подошел к двери чтобы закрыть ее на ключ.
Итак, все-таки, Паша?
Я успела только испуганно охнуть, когда он резко подхватил меня за бедра и усадил на стол, совершенно не заботясь о том, что разложенная по нему канцелярия больно впилась в мои худые бедра! Расстегнув мои джинсы, мужчина грубо просунул руку, и начал с похотливым, напряженным постаныванием, жестко водить пальцами меж моих ног.
Зачем? выдохнула я, кусая губы, из которых вырывалось учащенное дыхание.
Что зачем? прошипел декан, просовывая руку в мои трусы и тут же проникая в меня пальцами.
В самом деле, глупый вопрос.
Ухватившись за мою шею, мужчина прижал меня к столу, а второй рукой начал стягивать джинсы.
Отпустите, шепнула я, сама не веря своему голосу.
Не понял? отчеканил Паша, на миг замерев.
Не нужно
Это ты что же, вздумала изображать невинность? цинично хмыкнул мужчина, продолжая сжимать мое горло, и в то же время отбрасывая в сторону старые джинсы. Только не говори мне, что решила встать на путь праведный, шалава, выпалил декан, схватив со стола стакан для канцелярии. Который опрокинул, выбрасывая его содержимое на пол прежде чем резко всунуть его меж моих ног! Между прочим, у нас ведь ОТНОШЕНИЯ, ты не забыла? цинично добавил он, проворачивая во мне стакан, и очевидно наслаждаясь сдавленными всхлипами, которые вырывались из моей глотки. Так что закрыла рот и больше без глупостей, прошептал мужчина мне на ухо, выдергивая из меня стакан.
И расстегивая на ходу штаны, одновременно включая на компьютере аудиоплеер, по велению которого из колонок раздался «Владимирский централ»!
Я ведь в самом деле не хотела этого.
Такая простая мысль пронеслась в моей голове, тем самым шокировав. Раньше я не задумывалась об этом, просто делала. «Расслаблялась и получала удовольствие». Но я не хотела, чтобы декан засовывал в меня свой член под русский шансон. И неистово драл меня, не обращая внимания на ремень спущенных штанов, который в такт мелодии колотил по коже
железной пряжкой. Не хотела, чтобы он просовывал руки под мою футболку, до боли сминая грудь, и при этом крепко прижимая меня к столу, не давая даже приподняться. Не хотела, чтоб его затянутый в презерватив член двигался в моей растянутой плоти. И уж тем более я не хотела, чтобы Паша, развернув меня и поставив раком, без смазки вошел в меня сзади!..
Так же, как не хотела делать всего этого с остальными мужчинами, превратившими мое тело в отхожее место.
Но не очко обычно губит, а к одиннадцати туз! пыхтя, напевал декан, оставляя на моих бедрах красные царапины
НЕ-Е-Е-ЕТ! закричала я, со всей силы зажмурив глаза.
Я не помнила, что происходило после того, как декан трахнул меня в задницу. Мои воспоминания обрывались на его похотливом голосе, подпевающем: «Но не очко обычно губит, а к одиннадцати туз», в то время, как его член долбил мое собственное очко. С этого момента начиналась сплошная черная яма.
Очнувшись в подвале университета, я немного посидела на месте, пытаясь прийти в себя, а после вернулась в общагу. Где и узнала пугающие слухи: Павел Петрович и его секретарь таинственным образом исчезли. И к счастью для меня, похоже, о том, что декан вызвал меня, не знал никто, кроме его секретаря.
Но что же случилось? И почему я очнулась в подвале без сознания?
Эти вопросы пугали. Пугали до мурашек по коже.
ГЛАВА 6. Sweet serial Killer
Кстати, что примечательно, за минувшие после того дни меня брали всего три раза, когда Лёни не оказывалось рядом, а мимо проходили парни, которым хотелось поразвлечься. И что хуже всего, когда я пыталась вырваться, то поняла, что мои жалкие попытки сопротивления только сильнее заводят их! Эти ублюдки чуяли страх, за версту. И когда от меня засмердело оным, они как будто сошли с ума. Их заводила сама мысль того, чтобы совершить надо мной насилие. А я в самом деле теперь уже открыто, а не на уровне психически травмированного подсознания боялась и не хотела.