Ты еще скажи, что это тренировочный полет, ревниво нахмурился Тарсон. Ему, недавно произведенному офицеру, командиру звена, даже в какой-то степени стало обидно, боевой вылет это боевой вылет. А у нашего звена он первый. Так что смотреть в оба!
Есть, командир, хором ответили подчиненные и, выкатив глаза, преданно посмотрели на своего начальника.
Траусти смягчился:
Ну что, будем закругляться? У всех час времени. Боезапас и энергоблоки в истребители уже загрузили. Маршрут в бортовые транспьютеры пропишут, как обычно, за двадцать минут до вылета. Поэтому всем быть в ангарах к этому времени. Потом тестирование всех систем, и дальше спим в кабинах до команды на взлет.
Командир, так, может, в сехенет отыграем пока партию? спросил Алекс, поднимаясь с места и аккуратно оглаживая свой мундир. Возьму, если получится, реванш за вчерашнее. Он внезапно сделал круглые глаза ойкнувшей от этого Найре. А то вдруг уже не доведется!
Я не против, сказал Траусти, вот только схожу к бару, оплачу нашу трезвую вечеринку. И, э-э, не пугай коллегу, все будет нормально.
Но следующие несколько секунд показали его «коллегам», что из их командира не получится чересчур хороший предсказатель. Тарсон еще успел, подойдя к стойке, приветливо помахать стоявшей за ней знакомой девушке, как вдруг пол под ним перекосило и сильный толчок снизу едва не сбил его с ног. Огромную «Аквитанию»
ощутимо тряхнуло. Траусти удержался, только вцепившись обеими руками в барную стойку. Он увидел испуганные глаза девушки и ее пальцы, заскользившие по поверхности стола. Но все это продолжалось всего лишь какое-то мгновение. По огромному линейному кораблю как будто прошла короткая судорога и так же внезапно прекратилась. На секунду пропало освещение, но тут же снова зажглось.
Ошарашенный пилот обернулся, отыскивая своих друзей. Он увидел людей в зале, замерших в неестественных позах. Кто-то сидел на полу, кто-то медленно поднимался, отряхиваясь от пролитых напитков. Слышались недоуменные восклицания и негромкие ругательства. Красивая панорама туманности Конская голова, висевшая под потолком в зале, теперь скособочилась чуть ли не до самого пола прямо возле их столика. Рыжая голова Алекса торчала из нее где-то ближе к гриве, но, судя по всему, его друзья были в относительном порядке.
И как бы окончательно приводя людей в чувство, заныли сирены общей тревоги, а затем на весь зал раздалась команда с центрального поста:
Всему экипажу корабля занять места по боевому расписанию. Пилотам готовность к немедленному вылету. Повторяю, к немедленному вылету!
Тарсон немного поерзал, стараясь поудобнее устроиться в своем пилотском ложементе. До вылета оставалось около десяти минут. Заканчивалось последнее тестирование систем его фладдера. На приборной панели один за другим засветились значки готовности энергозащиты и вооружения. Пилот включил интерком связи со своим звеном:
Ну что, все вовремя добежали? Ал, а ты успел почистить свое обмундирование, ты же вроде здорово облился фраппом?
В порядке, шеф. Я успел его даже сменить. Согласно древнему обычаю. Но хорошо, что все это было по дороге. Было бы гораздо печальнее, если бы наши с тобой апартаменты находились на другом конце «Аквитании».
Зато ты бы прекрасно приклеился к своему пилотскому креслу, даже без привязных ремней, пошутил его командир. А что ты имел в виду под древним обычаем?
А ты разве не знал, командир? Это старая, еще земная традиция. Перед сражением воины переодевались в чистое белье. И даже мылись в бане.
Где мылись?
В бане. Какая-то термическая обработка тела, связанная с сильным нагреванием и увлажнением. Подробностей, если честно, не знаю. Очень давние времена, мало дошло информации. Учитывая еще, что связь с Солнечной системой оборвалась двадцать два года назад.
Не шути такими вещами, Маршан, посерьезнел Траусти. Земля это святое. Найра, Рони, у вас все в порядке? Готовы? Най, докладывай.
Да, система только что прошла финишное тестирование. Жду разрешения на взлет, ответила девушка.
Отлично, я думаю, за этим дело не задержится. А ты Рони? Почему не отвечаешь?
А у меня проблемы, командир, после паузы ответил тот, неясная неисправность в реакторном блоке. Он вышел на стартовый режим, но только на восемьдесят пять процентов. Я не помню, допустимо это или нет.
Черт! выругался Траусти. Этого еще нам не хватало.
Настроение у него начало портиться. Вылететь на неисправном фладдере было бы безрассудством. Но в поднявшейся суматохе, когда на взлет отправляют все имеющиеся корабли, то на командном пункте могут и не обратить внимания на то, что на одном истребителе неявные неполадки с силовой установкой. А вот что случится с пилотом в бою, если защитному полю или двигателю его истребителя не хватит этих пятнадцати процентов, представить нетрудно.
Слушай, Рони, наконец решил он, придется лететь на том, что есть. Если система решит, что ты годен к вылету, ничего сделать будет нельзя. Просто будь осторожнее, держись за мной и не высовывайся. Тем более правда, может, все обойдется «унылым барражированием над фрахтовиками», как тут недавно понадеялся один облитый фраппом молодой человек.