С этими словами он выхватил у Иккинга руль и резко повернул «Молодого талантливого баклана» в ту сторону, откуда доносился шум.
Скорее же, СКОРЕЕ, поторапливал Рыбьеног, глядя, как ветер лениво наполняет парус и гонит лодку вперед. Только, пожалуйста, больше не крутись!
К радости Рыбьенога, крики драконов становились все громче и громче. Наконец из тумана выплыл сероватый силуэт громадного корабля.
Этот корабль был крупнее, HAМНОГО крупнее, чем предполагал Иккинг. Неужели Миролюбы оснащают свои рыбачьи ладьи тремя рядами весел?! И крики драконов звучали как-то необычно.
Эти драконы не голодны, они злятся, задумчиво проговорил Иккинг.
А какая нам разница? пожал плечами Рыбьеног и, схватив абордажный крюк, привязанный веревкой к носу «Молодого талантливого баклана», бросил его крюк со свистом прорезал воздух и намертво зацепился за борт громадного корабля.
Рыбьеног был неважным спортсменом. Он бессчетное
число раз пытался проделать этот трюк на Практических Занятиях По Абордажу В Открытом Море, но, если честно, никогда не добивался успеха. Нередко он даже чуть было не вываливался за борт. Это лишний раз доказывает древнюю мысль: просто удивительно, на какие чудеса способен человек в минуту смертельной опасности.
Рыбьеног, погоди! попытался остановить его Иккинг. Давай рассуждать здраво! Мы же не видели ни одного акулогада, верно? А эти драконы кричат какие-то ужасные вещи
Но Рыбьеног не желал ничего слушать:
Ты что, забыл? Мы должны взять на абордаж Миролюбивую Рыбачью Ладью! огрызнулся он. Помнишь Уроки Абордажа В Открытом Море? Помнишь Плеваку? Здоровенный такой мужик, у него еще изо рта воняет и мускулы как бейбольные мячи. Так вот, если мы вернемся без миролюбского шлема, он нас УБЬЕТ. И не время сейчас раздумывать о том, что это было кровожадный акулогад или просто обман зрения. Я не собираюсь торчать здесь и рассуждать
И Рыбьеног шустро полез по веревке.
Повторим: в обычной жизни Рыбьеног совершенно не умел лазить по веревкам. Но сегодня он взобрался на борт проворнее, чем куцекрылая змеебелка на дерево.
Иккинг испуганно подпрыгивал на месте, слушая злобные крики разъяренных драконов, доносящиеся с громадного корабля у него над головой.
Но нельзя же отпускать Рыбьенога одного!
Вознеся короткую молитву Oдину, Иккинг ухватился за веревку и полез вслед за приятелем.
А вот и мы пропыхтел Рыбьеног, добравшись до верхнего конца веревки и собираясь перелезть через борт. Дрожащей рукой он вытащил меч. Не забывай, они всего лишь рыбаки и до смерти боятся Хулиганов, то есть нас, напомнил он самому себе. Что там Плевака велел сказать, когда мы окажемся наверху? А, вспомнил, надо издать Хулиганский Боевой Клич ИЙА-А-A-A-A-A-А!
Погоди! прошипел Иккинг, торопливо карабкаясь следом. Не делай глупостей!
Но было уже поздно.
Иккинг добрался до верха в тот самый момент, когда Рыбьеног с криком: «ИЙА-А-А-А-А-А-А-А!» перевалился через борт, приземлился на палубу и, вскочив на ноги, самым грозным и варварским жестом взметнул над головой меч. Еще бы, ведь он ожидал, что ему будут противостоять два-три перепуганных рыбака-Миролюба.
Однако вместо Миролюбивых рыбаков к нему развернулись триста пятьдесят отборных солдат Римской империи в тяжелых доспехах и с самым современным оружием в руках.
Ой-ой прошептал Иккинг, все еще покачиваясь на веревке и заглядывая через борт. Вот тебе и счастливый день
3. С корабля на бал
Потому что это была никакая не Миролюбивая Рыбацкая Ладья.
Скорее совсем наоборот их занесло на внушительную римскую трирему длиной добрых семьдесят метров от носа до кормы. Паруса триремы сияли ослепительной белизной, а высоко на мачте гордо реял имперский флаг, украшенный разгневанным орлом. На палубе же выстроился целый легион римских солдат, и все они, как по команде, повернули голову и впились в Рыбьенога суровым взглядом.
Около мачты стояла громадная клетка.
В ней сидело несметное количество драконов. Гады ползучие, летучие крокодитеры, большие пятнистые тупыри, желтушные вампиры, простые садовые крылатые рептилии всех видов и мастей, какие только существуют на свете, ощетинившись когтями, клыками и крыльями,
сплелись в единый клубок. Их с нетерпением ждали в ресторанах и сапожных мастерских гордого Рима.
Пресвятой Тор прошептал Иккинг. Римские охотники за драконами! Глазам своим не верю
Ой! Нервно улыбнувшись, Рыбьеног попятился к борту. Извините, ошибочка вышла. Понимаете, нам надо было не на этот корабль Он попытался беззаботно рассмеяться. Простите за беспокойство, не обращайте на меня внимания, занимайтесь своими делами
Солдат, стоявший ближе всех, могучий двухметровый центурион с ногами как стволы деревьев, вытащил меч.
Куда это ты собрался? спросил он Рыбьенога на латыни и протянул громадную ручищу, от которой Рыбьеног довольно ловко увернулся.
ДЕРЖИ ЕГО! завопил рослый центурион, и к Рыбьеногу бросились еще шестеро или семеро солдат.
Будь Иккинг традиционным Героем-Хулиганом, он вытащил бы свой меч, Дерзновенный, и, с Хулиганским Боевым Кличем на устах, очертя голову кинулся на помощь другу.