Давно приехала? внезапно резко спросил Рома, и я вынырнула из своих мыслей, подскочив на месте от неожиданности. Поймала себя на том, что в салоне общение давалось труднее, чем стоя на улице.
Две недели назад, посмотрела на него. Он был напряжен.
Надолго?
Не знаю, пожав плечами, помедлила я. Жизнь покажет.
Ни с кем ещё не встретилась?
Только с Таней.
Рома кивнул, соглашаясь.
Мы продолжали ехать, и снова молчали. Мне захотелось обнять его и уткнуться носом в шею. От эмоционального напряжения я стала заламывать пальцы на руках.
Ехать на машине до Академической совсем недолго, но пробка, а затем объезд увеличили дорогу раза в три. И почему-то в машине было душно, хотя работал кондиционер.
Я аккуратно повернула голову в сторону водителя и рассматривала его профиль. Рома...Такой родной и такой далёкий. Моя первая любовь. И, наверно, последняя.
Рома, ты совсем не изменился, тихо сказала я. И осмелев полностью, развернулась в его сторону.
Он повернулся и искренне мне улыбнулся:
Ты тоже, я улыбнулась в ответ. Простая иксренняя улыбка стала рассеивать напряжение, царившее между нами.
Тыльной стороной ладони, он погладил мою щеку. Я застыла на мгновение, боясь пошевелиться. Этот жест лишил меня воздуха.
Ты счастлива? спросил он тихо.
Я не знала, что сказать. Счастлива? Нет! Мне было больно и горько, не проходило ощущение безысходности. Только зачем Роме это знать?
Наверное, да. Конечно, да!
Рома горько усмехнулся.
А ты? отзеркалила его вопрос. Но Ромино молчание было красноречивее любых слов.
Весь оставшийся путь мы ехали в тишине. Ощущение недосказанности витало в воздухе. Я чувствовала, что он хочет что-то спросить, и даже догадывалась, о чем, но Рома упорно смотрел вперёд, лишь желваки ходили по лицу. Сказав номер дома, он доехал и остановился. Гробовая тишина в салоне будто била молотом по голове. Мы молчали, но никто не хотел нарушать эту адову муку, хотя выть хотелось безбожно. Первый шаг решила сделать я.
Спасибо, открыла дверь и вышла на свежий воздух. Рома вышел следом, обошёл машину и встал недалёко от меня.
Здесь теперь живешь? спросил, указав рукой на новую многоэтажку.
Kивнула.
Почему не с родителями? я опешила.
Не маленькая девочка, oн странно на меня посмотрел.
На кофе не пригласишь?
Ром, ты же раньше не любил кофе.
Он склонил голову набок и сделал такое, от чего я просто потеряла дар речи. Он достал из кармана пачку сигарет и закурил. Я смотрела на него, не отрываясь. Мой Рома курит? Не может быть! Наверно, это просто шутка. Но шуткой это не выглядело, и подтверждением
тому была пачка Парламента в руках.
И курить ты начал.
Начал.
Это вредно.
Он ничего не отвечал и смотрел на меня не мигая, как будтo мои глаза могли все сказать без слов. И я была уверена, что так онo и было. Я не выдержала и отвела взгляд.
Ром, как мама? cпросила после некоторой паузы.
Хорошо, держится. После смерти отца немного сдала, но ради нас улыбается, хотя ей непросто. Ты же знаешь, какая у них была любовь. Почти каждые выходные ездит к отцу на кладбище, oн тяжело вздохнул.
Ром....прими соболезнования. Когда Таня сказала, я долго поверить не могла. Таких, как Александр Николаевич, больше нет и не будет. Светлый человек, Рома подошёл ближе и взял мои ладони в свои. От этой нежности моё сердце бешено забилось в груди. Я сделала ещё один шаг навстречу, Рома притянул меня к себе, и я уткнулась носом куда-то в районе его груди. Меня моментально обдало жаром и подкосились ноги. Одной рукой он начал гладить меня по спине, а второй перебирал волосы. Я потеряла ощущение реальности происходящего.
Просто несчастный случай. Потерял управление, и машина врезалась в столб, прошептал он.
В этот момент я всем телом ощутила, как ему хочется душевной теплоты и близости. Хотела спросить на кой тогда ему жена, но не решилась.
Стояли мы так долго. Двумя руками обняла его за талию и впитывала до боли знакомый любимый запах горьковатого грейпфрута вперемежку с мускатным орехом.
Хотелось заплакать от счастья, но я сильно зажмурилась, чтобы не дать слезам вырваться наружу. Боже мой, ещё месяц назад я о таком даже и не мечтала. Думала, Рома меня ненавидит. А сейчас он обнимал меня, и кажется, что этих пяти лет и не было. Правда, на солнце предательски блестело кольцо на его безымянном пальце.
Звук мобильного телефона вывел нас из анабиоза. Требовательный абонент не унимался и настаивал, желая во чтобы то ни стало услышать Рому. Он безэмоционально сбрасывал вызовы.
Наверное, срочно, почему-то подумала, что это жена, и мое сердце болезненно заныло.
Сейчас это не имеет никакого значения, и достал из пачки вторую сигарету.
Он рассматривал меня и курил. Его взгляд был полон грусти и тоски. Мне самой хотелось разрыдаться, но я держалась. Ни к чему слабости!
Как будто все сговорились, на этот раз зазвонил мой телефон. На дисплее высветилось "Лёша". Я не решалась ответить и растеряно смотрела то на Рому, то на телефон. Чувствовала себя предательницей. Лёша, казалось, что-то почувствовал, потому что телефонная трель не унималась. Рома внимательно обвёл меня взглядом, всё понял. Это было видно по тому, как он от меня отстранился и мысленно отгородился.