Тараканов по причине отсутствия пищи в моей маленькой квартирке тоже нет. Во всем доме есть. А у меня нет! И не травлю я их экзотическими ядами. Они сами ушли, а если бы не ушли, так от голоду подохли бы. Еды я покупаю немного. Впрок не запасаю. И практически не готовлю.
Мои гости могут рассчитывать только на чай, а все остальное приносят сами.
Когда изящная Иркина лапка с эксклюзивным маникюром выудила из пакета бутылку темно-красного кагора, я поняла, что раньше полуночи мне от подружки не избавиться.
Так. Что случилось? спросила я, лихорадочно вычисляя возможные варианты Ириных неприятностей. Вариантов может быть четыре.
Поссорилась с мужем. (Наиболее вероятно. Хотя он, как говорится, и закрывает глаза на Иркины художества, но иногда для профилактики устраивает локальные разборки.)
Рассталась с любовником. (Примерно та же вероятность.)
Что-то случилось с сыном или у сына. (Нет, вряд ли. В подобных вопросах Ира в чужую жилетку слез не роняет. Все мобильно решает сама.)
И, наконец, неприятности на работе. (Возможно.)
Однако все оказалось интереснее. Пункт N° 2, отягощенный пунктом 4.
Да работа, фиг с ней! Выпутаюсь, не впервой, расслабившись, всхлипнула моя подруга, уже успевшая до прихода ко мне где-то опрокинуть пару рюмашек. Вот Валера, сволочь, вот это да!
Ирина занимала должность главного редактора местной газетенки.
Городок у нас небольшой, и орган печати тоже не бог весть какой масштабный, но все же... Закончив журфак столичного университета, моя одноклассница Ирка
Поливанова вернулась на малую родину и приложила не мало сил, чтобы занять именно это место. И вот смогла. Сумела. И к тридцати годам заняла кресло главного редактора.
Откровенная карьеристка мадам Поливанова успела еще выйти замуж за местного бизнесмена, сколотившего состояние на «челноках». Родила сына. И при всем этом умудряется еще регулярно, примерно раз в полгода менять любовников. (Один другого краше и достойнее.) Впрочем, с ее фигурой, смазливым личиком, густой каштановой гривой волос и неплохими мозгами это неудивительно. Даже закономерно.
И что ж этот пес шелудивый натворил? поинтересовалась я, пытаясь засунуть в рот своеобразный бутерброд пизанскую башню из хлеба, ветчины, сыра, листа салата и россыпи оливок, начиненных анчоусами. Получалось у меня это почему-то не очень хорошо. Рот был маловат для такого сооружения.
Наблюдая за моими манипуляциями, Ирка не сдержалась и весело хрюкнула, потом громко расхохоталась. От неожиданности моя рука дрогнула, и оливки весело запрыгали по полу.
Зараза! зло бросила я и, согнувшись, стала собирать заморские плоды.
Виноватая подруга кинулась мне помогать. И именно на четвереньках и под столом она поведала мне душераздирающую историю о подлеце-любовнике.
Зашла я сегодня в «Арлекин» пообедать. А Валерка уже там. И, конечно, не один.
Ну, понятно, кивнула я.
С какой-то белесой мымрой. Не баба, а бледная спирохета!
Так. Это все мы уже проходили. И не раз. Нечто подобное у Ирки уже случалось. Моя одноклассница страшная собственница. Стоило ей узреть мужчину, которого она считает своим, беседующим с дамой (пусть
это даже случайная знакомая или сослуживица), парню обеспечена дикая сцена ревности со всеми вытекающими из нее последствиями.
Не могла же я промолчать! накручивала себя Поливанова, сидя под моим столом. Да как он смеет спать со мной и встречаться с этой молью бесцветной!!!
Чего-чего, а самомнения у моей приятельницы было сверх головы.
Как у этой гниды на такую соплю зеленую вообще встает?! не унималась Ирен, гордо вскинув голову. И нужно сказать, это было не самое разумное движение, если учесть, что в этот момент моя подруга ползала на четвереньках под кухонным столом.
Ирка дико зашипела и, схватившись за ушибленное место, полезла «на волю», ругаясь на чем свет стоит сквозь стиснутые зубы. И где только она нахваталась подобных слов?! Хотя...
В нашем рабочем городишке, сплошной стеной окруженном заводами,
можно всякого наслушаться. Так что я зря удивляюсь.
Все еще морщась от боли, Ирина Андреевна не нашла ничего лучшего, как приложить к больному месту полупустую бутылку кагора. И не успела я остановить мою основательно захмелевшую подругу, как черно-красная жидкость полилась на стол, а потом и на пол.
Тут уж я разозлилась не на шутку. Выхватив у Поливановой бутылку, я соскребла со стенок морозильника приличный комок снега и, приложив его к шишке, принялась устранять последствия травмы одноклассницы.
Действовала я крайне быстро и сноровисто. Профессионально, одним словом. Вот уже почти восемь лет я работаю уборщицей. (И нечего хихикать и вертеть пальцем у виска!)
Мне это занятие нравится!
Во-первых, удобный график: как сделаешь, так уйдешь.
Суббота-воскресенье выходные, а еще праздники и рождественские каникулы.
Работа не трудная. Первые несколько месяцев у меня, конечно, побаливала и не разгибалась спина. Но сейчас я уже наловчилась. Ничего не болит, и за полчаса вверенная моим попечениям территория блистает чистотой.
К тому же и деньги получаю неплохие. Я не шучу и не иронизирую.
Служу я одновременно в двух местах. В филиале банка и в фирме по продаже нефти и газа. Обе конторы открываются в десять, и, встав в восемь, я вполне успеваю убрать в двух местах. В одном мне платят тысячу восемьсот рублей, а в другом ровно две штуки. А на три с половиной тысячи в нашем городе вполне можно жить одинокой женщине. Особенно если учесть, что я трачу в день всего два часа рабочего времени. А ведь на едва дышащих заводах нашего города работягам за 8 часов работы, как говорится, от звонка до звонка, платят чуть больше двух штук. Так кто у нас в выигрыше?