Господи?..
Ксюшка шевельнулась на замасленном табурете и стала прислушиваться
Тук Тук Тук Будто голос гостьи (чистая тумба, прости, Господи!) забубнил:
А, га, га, га
Тук Тук
Ксюшка на табурете, как маятник, качалась от страха к любопытству То черт с рогами мерещился за черным окном, то тянуло в переднюю
Наконец не выдержала. Прикрыла дверь в освещенную кухню и шмыгнула в переднюю. Тыча руками, наткнулась на сундуки. Протиснулась дальше, пошарила, разглядела дверь и приникла к скважине Но в скважине была адова тьма,
из которой доносились голоса
А, бе, ве, ге, де, е, же, зе, и
Тук!
И! вздохнули голоса.
А, бе, ве, ге
Им!
Тук Тук, тук
Им-пе-ра! О-о! Господа
Император На-по
Тук Тук
На-по-ле-он!!. Боже, как интересно!..
Тише!.. Спросите! Спрашивайте!..
Что?.. Да, спрашивайте!.. Ну, кто хочет?..
Дух императора, прерывисто и взволнованно спросила Леночка, скажи, стоит ли мне переходить из Главхима в Желеском? Или нет?..
Тук Тук Тук
Ду-у Ду-ра! отчетливо ответил император Наполеон.
Ги-и! гигикнул дерзкий квартирант.
Смешок пробежал по цепи.
Софья Ильинична сердито шепнула:
Разве можно спрашивать ерунду!
Уши Леночки горели во тьме.
Не сердись, добрый дух! взмолилась она. Если не сердишься, стукни один раз!
Наполеон, повинуясь рукам Ксаверия Антоновича, ухитрившегося делать два дела щекотать губами шею madame Лузиной и вертеть стол, взмахнул ножкой и впился ею в мозоль Павла Петровича.
Сс-с!.. болезненно прошипел Павел Петрович.
Тише!.. Спрашивайте!
У вас никого посторонних нет в квартире? спросил осторожный Боборицкий.
Нет! Нет! Говорите смело!
Дух императора, скажи, сколько времени еще будут у власти большевики?
А-а!.. Это интересно! Тише!.. Считайте!.. Та-ак, та-ак, застучал Наполеон, припадая на одну ножку.
Те эр и три ме-ся-ца!
А-а!..
Слава Богу! вскричала невеста. Я их так ненавижу!
Тсс! Что вы?!
Да никого нет!
Кто их свергнет? Дух, скажи!..
Дыхание затаили Та-ак, та-ак
Ксюшку распирало от любопытства
Наконец она не вытерпела. Отшатнувшись от собственного отражения, мелькнувшего во мгле зеркала, она протиснулась между сундуками обратно в кухню. Захватила платок, шмыгнула обратно в переднюю, поколебалась немного перед ключом. Потом решилась, тихонько прикрыла дверь и, дав волю пяткам, понеслась к Маше нижней.
Ксюшка излилась.
Заперлись они, девоньки записывают про императора и про большевиков Темно в квартире, страсть!.. Жилец, барин, барыня, хахаль ейный, учительша
Ну!! изумлялась нижняя и Дуська, а мозаичный пол покрывался липкой шелухой
Дверь в квартире 3 хлопнула, и по лестнице двинулся вниз бравый в необыкновенных штанах. Дуська, и Ксюша, и нижняя Маша скосили глаза. Штаны до колен были как штаны, из хорошей диагонали, но от колен расширялись, расширялись и становились как колокола.
Квадратная бронзовая грудь распирала фуфайку, а на бедре тускло и мрачно глядело из кожаной штуки востроносое дуло.
Бравый, лихо закинув голову с золотыми буквами на лбу, легко перебирая ногами, отчего колокола мотались, спустился к лифту и, обжегши мимолетным взглядом всех троих, двинулся к выходу
Лампы потушили, чтобы я, значит, не видела Хи-хи!.. и записывают большевикам, говорят, крышка Инпиратор Хи! Хи!
С бравым что-то произошло. Лакированные ботинки вдруг стали прилипать к полу. Шаг его замедлился. Бравый вдруг остановился, пошарил в кармане, как будто что-то забыл, потом зевнул и вдруг, очевидно раздумав, вместо того, чтобы выйти в парадное, повернулся и сел на скамью, скрывшись из Ксюшкиного поля зрения за стеклянным выступом с надписью «швейцар».
Заинтересовал его, по-видимому, рыжий потрескавшийся купидон на стене. В купидона он впился и стал его изучать
Облегчив душу, Ксюшка затопотала обратно. Бравый уныло зевнул, глянул на браслет-часы, пожал плечами и, видимо соскучившись ждать кого-то из квартиры 3, поднялся и, развинченно помахивая колоколами, пошел на расстоянии одного марша за Ксюшкой
Когда Ксюшка скрылась, стараясь не хлопнуть дверью, в квартире, в темноте на площадке вспыхнула спичка у белого номерка «24». Бравый уже не прилипал и не позевывал.
Двадцать четыре, сосредоточенно сказал он самому себе и, бодрый и оживленный, стрелой понесся вниз через все шесть этажей.
до предела, стол с сидящим в нем мудрым греком колыхнулся и поплыл вверх.
Ах!.. Довольно!.. Я боюсь!.. Нет! Пусть! Милый! Дух! Выше!.. Никто не трогает ногами?.. Да нет же!.. Тсс!.. Дух! Если ты есть, возьми la на пианино!
Грек оборвался сверху и грянул всеми ножками в пол. Что-то с треском лопнуло в нем. Затем он забарахтался и, наступая на ноги взвизгивающим дамам, стал рваться к пианино Спириты, сталкиваясь лбами, понеслись за ним
Ксюшка вскочила как встрепанная с ситцевого одеяла в кухне. Ее писка: «Кто такой?» очумевшие спириты не слыхали.
Какой-то новый, злобный и страшный, дух вселился в стол, выкинув покойного грека. Он страшно гремел ножками, как из пулемета, кидался из стороны в сторону и нес какую-то околесицу.
Дра-ту-ма бы ы ы.
Миленький! Дух! стонали спириты.
Что ты хочешь?!
Дверь! наконец вырвалось у бешеного духа.