Еще я прицепилась без толку со своим характером. А характер у меня тяжелый
Фашисты не ко времени затеяли огневой налет
Она отрицательно покачала головой, не соглашаясь с оправданием, которое ей сейчас придумал младший сержант.
На фашистов свалить все можно
Незабудка отвернулась и поплелась к своему окопу. Она ставила голые пятки на песок так осторожно, словно ступала по минному полю или каждый шаг причинял ей боль. Она шла с поникшей головой, держа в руке каску, от которой отказался младший сержант; даже спина ее выражала огорчение
6
Нет, «костыль» сегодня не разлетается
И вот уже с разрешения замполита и командира роты бойцы затеяли костер. Соберется дождь или нет еще неизвестно, а пока можно обсушиться, погреться, спарить в котелке уху из рыбы, оглушенной снарядами.
В дело пошел валежник, сухой тростник, дреколье, выброшенное на берег еще весенним паводком. А костер по соседству с медпунктом взялся сразу бездымным огнем: кто-то подобрал на брошенной немецкой позиции дополнительные заряды для мин, и они пошли на растопку.
Каждое местечко у костра ценней ценного, к огню жались так близко, что от бурно сохнувшей одежды поднимался пар Того и гляди, загорятся гимнастерки, шаровары, портянки, сапоги, белье, пилотки
Тебе хорошо, доносилось от костра. Ты личность водоплавающая. А у меня, грешного, когда земля из-под ног утекла уже не знаю, в какой части света себя числить: жив еще или утоп?..
Это исповедовался тот самый, богатырского телосложения боец, похожий на огромного младенца.
Эх ты, сухопутная душа! Да и та еле в теле хохотнул белобрысый паренек, который плыл с бочкой.
А в чем моя промашка? Проживаем мы на Алтае. Кулундинская степь. Кроме как в бане, и выкупаться негде. Места у нас безводные, засушливые. Палки для кнута не найти во всей округе
Младший сержант с завистью поглядывал на бойцов, сидящих у огня. «А почему там нет Незабудки?» вдруг спохватился он.
Увидел Незабудку на песке у самой воды. Она с ожесточением выкрутила портянки, намотала их на ноги. Долго, пыхтя и отдуваясь, возилась со своими сапожками. Наконец обулась и повеселевшая вскочила на ноги. Мокрая гимнастерка и шаровары прилипли к телу, четко очертив девичью фигуру. Во всем облике ее было одновременно что-то мальчишеское и очень женственное в бедрах узка, в плечах чуть широковата, с хорошо очерченной грудью.
Незабудка подошла к костру. Раздался чей-то окрик:
Эй, бочарник, отодвинься! А то уши пригорят.
Белобрысый паренек послушно отодвинулся от огня.
Да суши ты свои звукоуловители!.. Уступаю место Незабудке. Пережду во втором эшелоне
Садись, Незабудка, загорай! У тебя даже прическа мокрая.
Как ни было тесно у огня, для Незабудки местечко нашлось. Она выжала свои льняные волосы, спутанные, потемневшие от воды, и села на корточки, протянув руки к огню.
Я вся отсырела. Незабудка громко засмеялась и обернулась в сторону младшего сержанта. Она говорила с вызовом, явно хотела, чтобы тот ее услышал. Теперь никто меня не зажжет. Несгораемая!..
А мы тебе боты подарим, пообещал белобрысый. И зонтик самый крупнокалиберный. До свадьбы просохнешь!
Где уж нам уж выйти замуж, мы уж так уж как-нибудь!.. бойко затараторила Незабудка, но, глянув на младшего сержанта, осеклась.
Закипел котелок, за ним второй, зашипели угли в костре. Поспела уха, и Незабудку стали потчевать наперебой. Несколько рук протянулось с ложками, столь дефицитными на
этом берегу.
И как знать, может быть, ложка, простая алюминиевая ложка, вынутая из-за голенища и отданная товарищу в минуту, когда сытный запах ухи кружит голову, дрожат от голода руки и ты едва успеваешь проглатывать слюну, самая точная примета фронтовой нежности; на переднем крае и нежность суровая, деловитая.
Да, в словах Незабудка не слишком разборчива. Может нагрубить, может выругать последними словами, причем чины и звания в такую минуту не играют роли. Капитану может достаться больше, чем рядовому, если дело касается раненых, если, по мнению Незабудки, кто-то недостаточно к ним заботлив.
Все в батальоне знали ее строптивый характер, вспыльчивость «девка кипятная».
Рассказывали, как однажды к Незабудке дело было еще на Смоленщине привели на медпункт самострела-леворучника. Она отхлестала его по щекам, как мальчишку, а перевязать отказалась пусть как хочет добирается до трибунала.
Рассказывали, как ей пришлось эвакуировать раненых. Они лежали в кустах, у обочины шоссе. А шоссе Орша Витебск в том месте просматривалось и простреливалось противником, машины мчались на этом перегоне «с ветерком».
Незабудка стояла и ждала оказии.
Вот вдали показался грузовик. Он быстро приближается. Незабудка властно поднимает руку. Грузовик мчится не снижая скорости. Незабудка не уступает дороги. Водитель прет прямо на нее. Еще мгновение задавит! Ну и отчаянная! У водителя отказали нервы, но не отказали тормоза у машины: заскрежетала, заскрипела, дернулась, даже слегка подпрыгнула и встала как вкопанная Лейтенант, сидевший в кабине, отказался взять раненых. Он ссылался на срочное задание, но Незабудка понимала, что это он боится прицельного огня немцев. Как он вздрогнул, побледнел при последнем разрыве! Она вспрыгнула на скат, заглянула в кузов пустой. Всех ее раненых можно погрузить! Она угрожала автоматом, кляла и проклинала водителя, а лейтенанту пожелала, чтобы он получил заражение крови и столбняк в придачу. Сейчас она вытряхнет из лейтенанта его интендантскую душу! Для убедительности взяла автомат наизготовку. Нет, не знал лейтенант Незабудки!