***
Нелсан достаточно регулярно приходил ко мне днем, я была счастлива и всем довольна. Прошло много времени, прежде чем я узнала, что у него в сарае живет другая женщина. Хотя, по правде говоря, «другой женщиной» была я. Он спал со своей секретаршей, - так делали мужчины и в прошлом, в том мире,
которой разрушился, но мужчины не меняют своих привычек. Я была по- настоящему подавлена, случайно узнав правду и мне было больно.
Когда он пришел, я стояла у стола, спиной к нему. Нелсан обнял меня, привычно смахнул волосы с плеча и стал целовать мою шею.
- Ты соскучилась? игриво спросил он.
- Ты для всех своих любовниц строишь сарайчики, Нелсан? мой голос был холодным.
- Узнала про Джанин?
Я кивнула.
- Я главарь, я могу держать столько женщин, сколько захочу,- сказал он сухо.
Я вывернулась из его объятий и отошла к стене.
- Можешь, но только я не буду в их числе.
- Да кто ты такая? Я спас тебя. Ты мне обязана тем, что тебя не трахают всем отрядом. Я дал тебе возможность выжить и живешь ты роскошно. Именно так, как живут любовницы главарей. Тебе не на что жаловаться!
- Нелсан, но я же люблю тебя и не хочу делить с другими женщинами, - признание вырвалось само, и по щекам потекли слезы.
- Не устраивай сцен, Айгель. Ты же умная девочка. Ничего не случилось.
- Случилось. Ты сделал мне очень больно. Теперь я хочу снова быть чьей-то женщиной. Я больше не хочу быть твоей секретаршей и любовницей, - эти слова разрывали мне душу, но я не могла оставаться с ним.
- Айгель, не говори ерунды. Ты только моя, - Нелсан придвинулся ко мне.
- Но ты не только мой. Так не пойдет Нелсан. Я ухожу от тебя.
Рывком он прижал меня вплотную к стене. Стал целовать мою шею и пробираться руками под одежду. Все во мне кричало от физического желания и душевной боли.
- Хочешь меня? хрипло спросил Нелсан.
- Нет, - ответила, поборов себя.
Мужчина отпустил меня. Он стал ходить по сарайчику, было видно, что он сильно злиться.
- Я же знаю, что хочешь! Что мне делать, взять тебя силой? Удержать тебя, заперев здесь? Ты совершаешь ошибку Айгель! Кому и что ты хочешь доказать?
- Это скотские временя Нелсан, но я хочу попытаться сохранить в себе достоинство. Я доказываю сама себе, что способна поступать правильно.
- Ты начиталась этих книг про прошлые времена? Да? Хочешь, я сожгу их? Прямо сейчас, вытащу все это на улицу и сожгу.
- При чем здесь книги? Ты выбрал меня за то, что я отличалась от других. И это решение часть меня.
Нелсан молча смотрел на меня.
- Я не могу тебя удерживать. Пусть будет, как ты хочешь.
И он ушел.
Рыдая, я забилась в угол. Я любила его и боль разъедала мне душу.
***
Через пару дней я снова собрала свой рюкзак. Теперь мне нечего было бояться в лагере. Теперь я сама могла выбрать из претендентов того, с кем буду жить. Статус в стае меняет все. Я гуляла по лагерю не скрываясь. Ко мне подошло несколько мужчин, предложивших жить с ними. Я выбрала того, кто визуально мне был хорошо знаком. Он часто приходил в сарайчик для совещаний. Один из командиров.
У Теодора была поистине холостяцкая берлога. Продавленный матрас на полу, стол, табуретка, одна лампочка, разумеется, ни одной книги, зато много пустых бутылок из-под самогона.
Он взял меня той же ночью, сзади, не заморачиваясь на прелюдии, было больно и физически, и душевно, я терпела и кусала свою руку.
Мне было сложно приспособиться к своему новому покровителю. Понятно, что от женщины мужчине требуется только секс. И я терпела его. Возбудиться я не могла. Мое сердце было разбито, и Теодор не вызывал во мне желания. Он брал меня, всегда навалившись сзади. Я стала стимулировать себя рукой сама, хотя бы для того, чтобы секс не причинял боли. А еще он напивался. Позднее он стал бить меня. Трезвым он никогда не бывал злым, но пьяным у него срывало башню
Со временем я поняла, что пропала. Я погибала с этим человеком. Он приносил мало еды. Иногда не приносил ничего. Днем я была заперта. Он приходил уставшим и пьяным, и отказывался сидеть со мной на улице, что бы я могла подышать свежим воздухом. Никакой душевной близости у нас не возникло, не было и доверия. К моему счастью, из-за переизбытка алкоголя возбуждался он все реже.
Сегодня был особенно паршивый вечер. Он хотел меня трахнуть, но как я не старалась простимулировать его член он не вставал из-за выпитого им самогона. Теодор стал бить меня, орать Он кричал, что я бестолковая шлюха, и он напрасно меня содержит. Что он может придушить меня, если захочет, потому что я никому не нужная падаль и мое место в канаве. Кричал, что не принесет мне еды, пока я не научусь его возбуждать. В конце концов, он ударил меня так, что я не устояла на ногах и отлетела, рассеча висок об край стола. Увидев, как по-моему лицу течет кровь, Теодор отстал от меня и завалился спать. Я сидела в углу, обняв колени, и думала, что так больше продолжаться не может. Либо он - либо я. Что бы выжить самой - мне придется его убить. А потом надо будет бежать. Потому что в лагере меня казнят за убийство мужчины.
Потому что никто не захочет себе женщину, которая может убить.
Я поднялась с колен. Осторожно сняла с пояса Теодора большой нож, как в дверь громко постучали. Я прикусила губу от досады теперь все испорчено, и отскочила в угол. Стучали громко и настойчиво. Теодор проснулся, выругался и полусонный направился к двери. Ключ висел на его груди. С трудом он попал им в замочную скважину. Когда дверь открылась, вошел Нелсан.