Annotation
Лев Самойлов
ПРОЛОГ
Глава I
Глава II
Глава III
Глава IV
Глава V
Глава VI
Глава VII
Глава VIII
Глава IX
Глава IX
Глава X
Глава XI
Глава XII
ВМЕСТО
notes
1
Лев Самойлов
Михаил Вирт
ОХОТА ЗА СВЯТЫМ ГЕОРГИЕМ
ПРОЛОГ
Вот уже какую ночь одно и то же. Шорохи! Не то мыши скребутся, не то человек крадется. А кому красться, когда в доме она и Настя, больше никого нет
Старуха хватает колокольчик, звонит что есть силы. Прибегает Настя, трет глаза.
Ну что, тетя? Неужто опять что приснилось?
А она даже не спала, слышала чьи-то шаги. Подняться нет сил, ноги отекли, будто пудовые гири к ним привязаны. Не было бы такого, вскочила, выбежала, сама проверила. Куда там! Сил нет
Ангелина Ивановна лежит на своей широкой кровати, большая, грузная. В бессильной ярости колотит рукой по деревянной перекладине. Страха нет. Откуда ему взяться, страху? Есть злость на самое себя, на свою беспомощность и еще растущая тревога: неужели и впрямь ей чудится?!
Сквозь тюлевые занавески неясно светится ночь. Маленький тусклый ночник вырывает из темноты белое пятно подушки. А там за стеной кто-то ходит, ходит
Подумать только, какой мерзавец!
Ангелина Ивановна оглядывает комнату. У нее старческие, но зоркие глаза. Чуть приметно отраженным светом поблескивает зеркало трельяжа. Смутны контуры высоких флаконов французских духов подарок покойного мужа. У окна маленький столик на колесиках, покрытый цветной салфеткой. А на противоположной стороне полированная полка с фарфоровыми зверюшками «Копенгаген». Все изучено до малейшей черточки. Десятки лет одно и то же, одно и то же. Большая спальня, два широких окна выходят на бульвар. Раньше бывало, коли не спится, подойдет к окнам, посмотрит на проходящую внизу чужую жизнь люди, машины или протянет руку к выключателю, и яркий свет хрустальной люстры зальет комнату.
А сейчас нет сил. Ангелина Ивановна, кряхтя, спускает ноги, привычно нащупывает ночные туфли и после двух-трех неудачных попыток, пошатываясь, встает с кровати. Кружится голова Идет к двери. Некоторое время стоит не шевелясь. Что-то скрипнуло. Неужели игра воображения? Не может быть! Не раздумывая толкает дверь.
Кто здесь? спокойно, не повышая голоса, спрашивает старуха. Кто здесь!
Молчание.
Еще шаг в сторону. Выключатель, свет. Все на своих местах.
Кто тут? напряженно спрашивает она.
Тот же результат.
Ах ты, господи! истово перекрестилась.
Потом, держась за кресла, волоча ноги, идет к письменному столу, берет в руки записную книжку, ищет нужный номер телефона.
Это квартира академика Кравцова? Константин Викторович? Здравствуйте, голубчик! Говорит Ангелина Ивановна, жена покойного
профессора Бухарцева Забыли старуху А я не сержусь: кто старух помнит. Здоровье? Да что там! Врачи норовят на рентген подсунуть, а я не хочу. Раньше-то без рентгена лечили, и неплохо. Старость рентгеном не вылечишь Но дело не в этом. Кто-то по ночам бродит у меня в квартире. Да да Кажется? Я, голубчик, из ума еще не выжила. Раз говорю, бродит значит бродит! Учтите, что взять у меня есть что. Знаю, что знаете. Константин Викторович, позвоните куда следует. В милицию или как у них там?.. уголовный розыск. Пусть пришлют своего человека Спасибо. Всего хорошего!
Трубка положена, но Ангелина Ивановна не торопится уходить. Она продолжает стоять, опираясь на кресло, и оглядывает комнату. Метр за метром, метр за метром. От ее внимательных глаз не укрываются ни один угол, ни одна щель. Тишина, безмолвие. Рука тянется к колокольчику Может, опять вызвать девчонку, которая уже удрала и небось снова завалилась спать Да что толку! Зачем звать? Пусть спит Старуха трясет головой, истово крестится и медленно возвращается к кровати.
Глава I
СВЯТОЙ ГЕОРГИЙ
Необыкновеннее всего были глаза:
казалось, в них употребил всю силу
кисти и все старательное тщание
художник. Гоголь, «Портрет»
Итак, все издательские и редакционные дела закончены. Осталось немногое: упаковать чемодан, взять портативку и гуд бай, Москва! Месяц в Лузе, рыбалка, охота, ароматные утренние росы и удивительные по красоте ночные грозы.
Рано лег спать. Поезд уходит чуть свет, не мешает как следует выспаться
Товарищ писатель, не разбудил?
Чертовски знакомый голос звучал приветливо и насмешливо. Мне потребовалось немного времени, чтобы узнать говорившего.
Федор Георгиевич, голубчик, какими судьбами?!
Сон как рукой сняло. Полковник милиции Гончаров телефонными звонками меня не баловал, а я не обижался. Понимал, что дел у него и без меня хватает. За последние два года мы виделись три-четыре раза; и все же, несмотря на кратковременность наших встреч, я каждый раз радовался им как мальчишка и на свидания приходил первым.
После взаимных приветствий, расспросов о здоровье, о том, о сем, после неизменной шутки: кого мне еще удалось нокаутировать? далась же полковнику моя злополучная схватка с Грачевым на перроне дачного полустанка! после всех этих лирических отступлений полковник неожиданно спросил:
Анатолий Васильевич, вы разбираетесь в иконах?
Вопрос с подковыркой. Гончаров наверняка знал, что недавно в издательстве «Искусство» вышло мое небольшое исследование по древнеславянской живописи. Кстати говоря, мне немало пришлось потрудиться над ним.