Уго, портовый угольщик, измученный тяжелой работой и разочарованный в своем сыне, уже почти ни к чему в жизни не проявлял интереса. Он хотел было посоветовать жене заняться лучше едой, но не успел, потому что дверь распахнулась и на пороге возникла Серафина. Почтенную матрону сопровождали Марио, Альдо, Дино и Рокко. Уго поднялся.
Что за бесцеремонность
Серафина с угрожающим видом надвинулась на него.
А обесчестить мою дочь это как будет по-вашему?
Уго посмотрел на сына, которому в это время больше всего на свете хотелось провалиться сквозь землю.
Опять твои штучки, а? устало спросил он.
Молчание мужчин клана Гарофани, грозно стоявших у двери, привело бедняжку Паолу в такой ужас, что она не решалась даже кричать. Уго испустил глубокий вздох.
Разбирайтесь с ним сами
Серафина ухватила Джованни за грудки и заставила подняться.
Ну, бандит, ну, подонок, собираешься ты просить у меня руки Лауретты или нет?
Парень, мечтавший только о том, как бы уехать в Америку, вовсе не жаждал обременять себя женой.
Послушайте, синьора
Вот-вот, лодырь ты этакий, мы как раз и пришли тебя послушать!
Уго тем временем снова принялся за суп, всем своим видом показывая, что происходящее его нисколько не волнует.
Я слишком молод, чтобы жениться
Парень не договорил от пощечины, которую с размаху влепила ему Серафина, у него помутилась голова и на губах выступила кровь.
А чтоб испортить девку, ты, значит, достаточно вырос?
Джованни, никогда не отличавшийся силой характера, тут же пошел на попятную.
Ладно, женюсь я на вашей Лауретте
Гарофани повернулись, собираясь удалиться в том же чинном порядке, но Уго все же счел нужным выразить свое мнение:
Не думаю, чтоб вы сделали полезное приобретение
Не волнуйтесь, Пеллиццари, возразила несгибаемая Серафина, он будет вести себя прилично. Я сама об этом позабочусь!
Что ж, тогда могу только сказать спасибо, что вы нас от него избавили!
Через два месяца их поженили, и Лауреата с мужем поселилась на виколо Сан-Маттео.
Как-то июльским вечером, когда Лауретта и Памела уже начали убирать со стола, Марио Гарофани приказал:
Иди укладывать малышей, Лауретта, и последи, чтобы они не возвращались нам мешать. Мне надо кое-что сказать
В этом «мне надо кое-что сказать» прозвучала такая торжественность, что у Памелы и Джузеппе не хватило духу протестовать против несправедливости, с какой их причислили к «малышам». Но оба быстро утешились, сообразив, что их старшая сестра Лауретта, хоть и замужняя, тоже оказалась отстраненной. Дино, собиравшийся идти к себе на антресоли, снова сел и закурил сигарету. Когда мелкий народец исчез, Марио окинул всех глубокомысленным взглядом.
Мне не хотелось, чтобы ребятишки слышали, потому что дело очень серьезное и и опасное.
Если в каждом итальянце дремлет актер, то в любом жителе Неаполя он, можно сказать, всегда бодрствует. Серафина, давно привыкшая к театральным
жестам супруга, возмутилась:
Как тебя понять, Марио? Опять что ли валяешь дурака?
Гарофани издал смешок, в котором явственно слышалась горечь всех непонятых в мире, и призвал в свидетели домашних:
Вот женщина, знающая меня около тридцати лет женщина, ради которой я убиваюсь на работе женщина, которой я доказал свое уважение, подарив восемь детей И теперь, когда я хочу сообщить взволновавшую меня до глубины души новость, она не находит ничего лучшего, как спросить, не валяю ли я дурака Нет, право, это не жизнь, а черт его знает что такое! Если все время не держать себя в руках, то останется только пойти в порт и утопиться
Серафина прекрасно знала, что ее муж сам не верит ни единому своему слову, но не сумела удержаться от слез.
Успокойся, Марио, и расскажи нам все, предложил менее чувствительный Рокко.
Глава семьи окинул аудиторию быстрым взглядом и, убедившись, что его готовы внимательно слушать, решил проявить снисходительность и забыть о несвоевременном выступлении жены.
Есть, конечно, люди несчастнее нас, но много таких, кому живется гораздо лучше, и я часто говорю себе: почему бы нам не присоединиться к этим избранным? Мы же прозябаем в полной нищете, разве нет? Однако мне бы очень хотелось иметь просторное жилье, где все чувствовали бы себя свободнее, а как было бы хорошо купить женщинам новую плиту с электрической печью для пиццы, моторную лодку Дино, мастерскую Рокко, мотороллер с коляской «веспа» Лауретте А Альдо и Джованни
Но никто так и не узнал, что именно Марио мечтал подарить молодым людям, ибо послышалось ворчание Дино.
Мне надо рано вставать, Марио и я уже вышел из того возраста, когда верят в сказки
Но это вовсе не сказка!
Внимание слушателей достигло высочайшего напряжения. Довольный эффектом, Гарофани понизил голос до шепота, так что всем пришлось придвинуться поближе.
Вы же знаете, как давно я хочу работать на Них?
Всеобщее недоумение выразила самая импульсивная Джельсомина:
На кого же это?
На Синьори, чуть слышно выдохнул Марио.
Все словно окаменели. Синьори! Кто же не слышал об этих таинственных и могущественных людях, возглавлявших что-то вроде мафии, против которой даже полиция бессильна. Было также известно, что Синьори никогда не прощают измены, а их агенты никому не ведомы.