приберётся.
Не пришлю, сказал царь Соломон, которого недаром считали очень мудрым человеком, и погрозил матёрому демону Асмодею царским пальцем со сверкающим волшебным кольцом. Ты эту уборщицу непременно съешь, скотина ты эдакая.
Не съем, но понадкусываю, ухмыльнулся Асмодей. Он, как уже говорилось, любил хорошую шутку.
Нет на тебя, Асмодей, управы, сказал царь Соломон печально. Асмодей действительно ему нравился: хороший демон попался, только нервный немножко.
Как это нет управы, начальник? льстиво сказал матёрый демон Асмодей и в знак смирения зашевелил зелёными когтями на ногах. Ты на меня управа. Облапошил бедную зверюшку, окрутил своей царской магией, работать вот заставляешь
Тебе, Асмодей, лишь бы дурачиться, сказал царь Соломон ещё печальнее. Думаешь, мне нравится тебя в пещере держать? Я б с тобой, Асмодей, дружил. У нас ведь, Асмодей, много общего. У тебя силища ух! Ну и у меня, как видишь, силища ух. Интеллектуальная. Мы б с тобой на пару такого наворотили! Страну бы с колен подняли. А то знаешь, каково одному царствовать? Ужас и мрак. С тех пор, как фараон Сиамон умер, и поговорить толком не с кем. Один, один я на вершине власти.
Так уж и один? льстиво сказал матёрый демон Асмодей. Да у тебя, начальник, одних жён восемьсот сорок человек. Они тебя, небось, любят. Носки штопают, всё такое. Разве ты с ними поговорить не можешь?
Царь Соломон посмотрел на Асмодея слегка затравленно.
Ты, лапонька, пытался когда-нибудь поговорить с восьмьюстами сорока женщинами? спросил он.
Нет, сказал Асмодей честно. Господь миловал.
Ну так и молчи, печально сказал царь Соломон и тяжело вздохнул от жалости к себе.
Потому что царь Соломон был, конечно, очень, очень, очень мудрым человеком но всё-таки просто человеком. И у него были свои слабости. А матёрый демон Асмодей вдруг тихонько улыбнулся и как-то нехорошо зыркнул на Соломона всеми своими глазами одновременно но царь Соломон с тоской размышлял о своей сложной семейной жизни и ничего не заметил. А матёрый демон Асмодей льстиво сказал:
Ты, начальник, не журись, (то есть на самом деле демон Асмодей сказал совсем другое слово, но мы не будем его повторять, потому что оно довольно грубо звучит даже в устах матёрого демона с зелёными когтями на ногах). Ты мне тоже нравишься, ты хороший человек, хоть и, уж прости, бабник немножко. А только ты извини, но никакой дружбы между нами выйти бы не могло.
Это почему это? немного обиженно спросил царь Соломон.
Да потому, начальник, что я бы такой дружбы не потерпел, сказал демон Асмодей сладким-сладким голосом и честно-честно зазыркал всеми своими глазенапами. Уж слишком ты, начальник, откровенно меня сильнее. И кольцо твоё волшебное тут, извини, ни при чём. Я ж вижу настоящую силу, не дурак. А я гордый, извини. У меня папа был такой гордый, что один раз сам себе палец откусил, лишь бы на лесоповале дрова не пилить. А я и того гордей буду. Я твоей силе завидовать стану. А такая дружба это, начальник, не дружба.
Да ладно тебе, искренне удивился царь Соломон. Я, конечно, это самое Слежу за собой. Правильно питаюсь раз шесть в день. Бегаю вокруг дворца от своего секретаря каждое утро, чтобы он меня работать не заставил Я знаешь сколько ананасов могу одной рукой поднять?
Миллион, наверное, льстиво сказал матёрый демон Асмодей.
Тридцать штук, гордо сказал царь Соломон. Это если их в мешок сложить, конечно. Без мешка только один могу, остальные на землю сваливаются.
Сила-а-а-ач! восхищенно сказал матёрый демон Асмодей и даже захлопал от восторга нижними лапами так, что когти загрохотали, а верхние умилённо сложил на груди.
Стараюсь, скромно сказал царь Соломон. Потому что он, как уже говорилось, был, конечно, очень мудрым человеком но всё-таки просто человеком.
Вот и не выйдет у нас, начальник, никакой дружбы, сказал матёрый демон Асмодей очень, очень огорчённо. Скажем, придёшь ты ко мне в гости, съедим мы с тобой по парочке баранов, выпьем чего-нибудь приятного бочек восемнадцать и захотим в шутку побороться. Безо всякого кольца, конечно, по-честному, по-пацански. Тут-то ты меня р-р-р-раз! и на лопатки. А я такого позора не переживу. Гордый я, начальник.
Да куда ж я тебя на лопатки! Да ты меня одним пальцем на лопатки! Ты ж громадина! воскликнул польщённый царь Соломон.
А вот и нет, а вот и нет! заупрямился матёрый демон Асмодей. Я громадина, а ты, начальник, силища! Ловчища! Силища, ловчища и хваталища, и даже безо всякого кольца!
Да вот увидишь, вот увидишь, воскликнул возбуждённый царь Соломон и в одну секунду
сорвал с пальца и бросил на пол своё волшебное кольцо. Давай, хватай меня! Не стесняйся!..
В тот же миг хитрый и матёрый демон Асмодей, освобождённый от заклятия Соломонова кольца, сгреб царя одной лапой, выскочил из пещеры, издал ужасный демонический вой и стал таким громадным, что когтями одной ноги сумел покрепче врыться в землю, а когтями другой ноги (рассказывали потом люди) зацепиться за небесный свод (растяжка у него тоже, видимо, была ничего). А закрепившись, таким образом, как следует, матёрый демон Асмодей радостно захохотал и бросил царя Соломона себе в рот.