И тут Майкл заметил, как резко изменилось выражение лица графа, как какая-то судорожная гримаса пробежала по нему, в глазах вспыхнул гнев. Майкл даже испугался.
Не упоминайте того, кто тут ни при чем, сказал глухо граф, по взял себя в руки и постарался улыбнуться.
Майкл расценил это, как лишнее подтверждение своего предположения о том, что его спаситель пережил какое-то горе, если даже гневается на всевышнего. Сам Майкл, надо сказать, не относился к тем, кто придавал бы вере большое значение. Ему часто приходилось иметь дело с отчаянными атеистами, и он понимал их. Будучи сугубо деловым человеком, Майкл мало занимался душой, точные расчеты и выверенные проекты были ближе ему и понятнее, ими он был занят с утра до вечера.
Простите, Майкл был возбужден после чудесного спасения и не мог молчать. Вы не американец, судя по всему.
Вы правы, кивнул граф, у меня другое гражданство.
Майклу хотелось узнать какое же, но он не стал докучать своими расспросами, словно внутренний голос запретил ему делать это.
Я путешествую, в какой-то мере удовлетворил любопытство Майкла граф. Хочу посмотреть мир.
Вы богаты, если позволяете себе такую роскошь, заметил Майкл.
Да, у меня есть такие возможности.
И долго вы пробудете в Нью-Йорке?
Мне нужно встретиться с одним человеком.
Если бы Майкл знал, что этот человек его дочь Катрин! Но он, естественно, даже и предполагать такого не мог.
Где же вы остановились? любезно поинтересовался Майкл.
Я приехал утром.
Майклу показалось странным, что, приехав еще утром, граф, нигде не устроившись, сразу пошел в казино. Но тут же, будто опять кто-то ему подсказал, Майкл подумал, что всякие могли быть обстоятельства. Вот ведь и он сам пошел сегодня в игорный дом, порог которого ни разу прежде не переступал.
Зачем вам жить в какой-то гостинице, живо предложил Майкл, вы можете погостить у меня. Только не отказывайтесь, прошу вас. Вы осчастливите меня, если сейчас же примите мое приглашение поехать в мой загородный дом. Я познакомлю вас со своей семьей.
Стоит подумать, не сразу согласился граф.
И думать нечего!
Майкл Синди прямо из машины стал звонить жене и эмоционально уговаривать ее отправиться в загородный дом, поскольку ему хочется отдохнуть в кругу семьи, он убеждал супругу, что делами в городском доме займется какой-то Хинтце, которому вполне можно довериться.
Отступать поздно, сказал весело Майкл, положив телефонную трубку. Остается только согласиться.
Вы настойчивы, улыбнулся граф.
Это в крови всех Синди.
У вас знаменитый род?
Я бы не сказал, что знаменитый. Это скорее славянское понятие. Мой дед начал дело, отец продолжил его, а теперь я занимаюсь им. Я определил бы это так: Синди знают, как хватать за хвост птицу-удачу.
Хорошо сказано, заметил граф, а сам подумал о том, что люди слабые существа, но очень много мнят о себе.
Еще когда граф ехал в своей машине за автомобилем Майкла Синди, он уже составил представление об этом человеке. Графу достаточно было увидеть, с каким важным видом сидит Майкл Синди в машине, чтобы понять, как доволен этот человек собой, как он уверен в своей фортуне, как высоко себя ставит.
Мысль направить Майкла Синди в казино пришла графу неожиданно, даже случайно, и он развеселился от этой смешной затеи. Какое наслаждение испытывал граф, наблюдая, как менялось лицо Майкл Синди, проигрывающего свое состояние. Да, это уже был не преуспевающий бизнесмен, а самодовольный мужчина, а жалкий человечишка с дрожащими руками.
Граф без труда спас Майкла Синди от полного краха, вытащил его из ямы, куда он свалился по причине своей глупости и жадности, однако это не означало, что его чувство презрения к бизнесмену исчезло.
Граф, как любой уважающий себя вампир, не стал бы пить кровь этого недалекого человека, который тут же забыл, в какой беде недавно оказался и чем это все могло кончиться. Этот человечишка снова считает себя важной персоной, говорит о птице-удаче, как будто и не был жалким существом какой-то час назад.
Как гурман разбивается в винах, так и вампир знает цену человеческой крови. Граф любил порассуждать на эту тему и убеждал своих подчиненных, чтобы они не упивались чем попало. Он объяснял им, что самая сладкая кровь у молодых, поскольку они живут еще одними чувствами: их кровь пенится, как шампанское, и пьянит...
Раздумья графа прервал Майкл.
И в роду жены, продолжал он, были только серьезные люди. Тем более не могу понять, в кого моя Катрин, моя любимая дочь. Нет, я очень уважаю старшую. Она знает, что чего стоит. Великая разумница!
"Вся в отца!" ехидно подумал граф. "Такая же зануда".
Но младшая! Она меня удивляет.
Чем же?
Это небесное существо. Честное слово! Она так далека от реальной жизни, что вы даже представить себе не можете. Она постоянно пребывает в своих мечтах.
С молодыми это часто бывает, неопределенно проговорил граф.
Я уж говорю ей: меньше читай. Но разве можно отобрать у нее книжку. Вот я познакомлю вас с ней...
Заранее благодарю.
Вы сами увидите, какое она чудо.
Не одна красавица умерла в объятиях графа-вампира. Он никогда не жалел их. А зачем было им жить? С годами они станут терять красоту, стареть и страдать. Разве приятно красавице превратиться в ужасную старуху? Собственно, граф освобождал их от этих страданий. И то немаловажно они умирали, любя его. Чем не прекрасная смерть!