Я помню эту историю, перебил его Пит. Но, Игон, я попрошу тебя не увлекаться воспоминаниями. Их так много, что мы потеряем слишком много времени, начав пересказывать их.
Но нам интересно, что вспомнил ваш друг, увидев Катрин, заметил граф.
И Катрин закивала головой, выражая свое согласие с графом. Она смотрела на охотников с веселой дерзостью.
Ничего интересного, сухо и деловито ответил Пит. Одно привидение прикинулось красивой девушкой. Мы охотились за ней безо всякого успеха почти месяц. А дело было в том, что Игон влюбился в нее и никого из нас близко не подпускал к ней из ревности.
Я припоминаю, кивнул Уинстон, что все было именно так.
И что же па этот раз, граф весело посмотрел на Катрин, ваш друг тоже влюбился?
Нет! поспешно вскричал Игон, будто его разоблачили. То есть... простите, мисс. У меня, действительно, в голове сегодня какой-то ералаш.
И он поспешно обратился к миссис Маргарет:
Мадам, прибор ведет себя совершенно спокойно. В вашем доме сейчас нет привидения. Но если оно было и ушло, то будьте спокойны ему тут не понравилось. Думаю, это вас не огорчает.
Граф кивнул на прибор:
Вы так полагаетесь на него?
Он еще ни разу не ошибся, гордо сказал Пит.
Как он действует, если не секрет? настаивал граф.
Очень просто, ответил Пит. Любое привидение состоит из таких же частиц, как и мы. Но мы не можем, пока живы, расщепиться на атомы, а привидение может. В этом наше с ним отличие. Прибор улавливает эти частицы. Вот в чем принцип его работы. Я доступно объяснил?
Вполне, согласился граф. А если бы перед вами стоял вампир? Прибор мог бы показать его наличие?
Вампир! воскликнул Уинстон. Мы не верим в детские сказки.
Это не по нашему профилю, ответил серьезно Игон.
Никогда в жизни не сталкивался с вампирами, пробурчал Пит, выключая прибор. Забавный вы вопрос задаете, граф.
Чем же он забавен? вызывающе спросил граф.
Что это вы вдруг заговорили о вампирах?
Я могу то же самое спросить о ведьмах.
Да, да, смеясь подхватила Катрин. Может, я ведьма?
Охотники молчали, будто не находя, что ответить неловкость ситуации неожиданно разрешил молчаливый шотландец, сказав:
Мне не нравятся эти шутки в наш адрес. Не пора ли раскланяться?
Граф поклонился церемонно, подумав про себя: «Скатертью вам дорога, болваны. Знали бы вы, кто перед вами, не задирали бы так носы. Благодарите судьбу, что она так милостива к вам».
А Катрин резонно заметила:
Они обиделись.
У нее было доброе сердце, у этой Катрин.
На что они могли обидеться? спросил граф.
На мою глупую шутку.
Нужно быть большими гордецами, чтобы обижаться на шутку.
Я слышала, что они совершают подвиги каждый день. Они слишком занятые люди. Мои слова они, конечно, приняли за издевательство.
Миссис Маргарет и старая служанка пошли провожать гостей, а граф и Катрин остались одни на галерее.
Вы позволите? граф показал на плетеное кресло.
Садитесь, кивнула Катрин.
Вы очень мнительная и чувствительная девушка, заметил граф. Не думайте, что вы кого-то можете обидеть. Если вы даже захотите этого, у вас ничего не получится. На вас нельзя обижаться.
Вы это говорите из любезности, возразила Катрин.
Я говорю сущую правду, заверил ее граф.
Он смотрел на Катрин и думал о том, сколько еще нужно будет потратить времени, чтобы приручить эту девушку и войти в полное доверие к ней. Ему не хотелось оставаться в этом доме, он уже соскучился по своему замку. Графу по заданию своего властелина приходилось бывать в разных точках планеты, но лучше всего он чувствовал себя на своем острове.
Катрин смутилась, ощутив на себе задумчивый взгляд графа. Нет, определенно ей хочется хоть чуть заглянуть в душу этого сильного и много пережившего человека.
«Достаточно ли трех дней для того, чтобы можно было
предложить руку и сердце? в этот момент думал граф. Или этого слишком мало? Правда, еще и суток не прошло. Вечером вернется Майкл и начнет приставать со своими расспросами. Ведь ему до всего есть дело».
Катрин вскинула голову и отбросила волосы назад.
Граф даже вздрогнул, так напомнило ему это движение девушки Марицу. И в тот же миг граф мысленно запретил себе думать о Марице. Хватит! Прочь воспоминания!
Но не так-то просто было освободиться от них, когда перед тобой сидит копия Марицы.
О чем вы думаете с таким мрачным видом? спросила Катрин.
С мрачным видом?
Так мне показалось.
Нет, я не люблю мрака. Тем более тогда, когда думаю о будущем.
В глазах Катрин промелькнуло беспокойство:
Уж не хотите ли вы сказать, что думаете о дальнейшем путешествии? Вас уже позвала дорога?
Мне не стоит задерживаться в вашем доме.
Почему?
Я не хочу привыкать к людям, в обществе которых нахожусь.
Не хотите или боитесь?
В данном случае, пожалуй, боюсь, честно признался граф.
И часто вы привыкаете к людям? спросила Катрин.
Граф любил однажды, и любил он Марицу. Нет, это невозможно! Опять воспоминания! Нельзя быть рядом с Катрин. Это становится наваждением. Что же делать?
Если тебя преследует зверь и ты не можешь уйти от него, повернись навстречу своему преследователю и прими бой. Воспоминания о Марице напоминали такого зверя, несущего опасность. Надо ринуться им навстречу, чтобы освободиться от них навсегда. Они копятся внутри, разрастаются, надо им дать выход.