А вы кто такой? удивилась Ковнацкая, заметив старичка.
Заслуженный строитель. На пенсии, широко улыбаясь, протянул ей руку старичок.
Но Ковнацкая посмотрела на него с опаской:
А вы что тоже оттуда?
Старичок посмотрел на небо и вздохнул:
Нет, я местный.
Он ушел, и за ним долго еще вились снежинки. Ребята нашли в сугробе Володин портфель и тоже ушли.
Одна Ковнацкая долго еще стояла на этом месте и прикидывала: если они все же летели, то почему не разбились, когда упали?
А снег падал, падал, падал Видно, где-то наверху рушились новые воздушные замки. Но пока на земле не перевелись еще строители воздушных замков, не стоит об этом горевать
Глава восьмая, в которой день приносит новые чудеса
На перемене Витек отозвал Володю в сторонку:
Ты знаешь, Ковнацкая
всем говорит, что ты это не ты
Как? А кто же?
Он. Тот. Твой двоюродный брат.
Троюродный, поправил его Володя.
Ну, троюродный. Вроде он вместо тебя в школу ходит и оценки за тебя получает. Академику, мол, это легко
Володя побежал к Ковнацкой:
Ты что это слухи всякие распускаешь?
Какие-такие слухи? воинственно затрясла косичками Ковнацкая.
Что я это вовсе не я, а академик.
Ковнацкая изучающе на него уставилась. Володя демонстративно повернулся в профиль.
Может, тебе так удобней? угрожающе произнес он.
Но Ковнацкая не обиделась, а обрадовалась.
Точно, девочки, это не он, закричала она. У нашего Володьки нос картошкой, а у этого прямой, благородный. Это тот!
Я тебе покажу картошкой! бросился на нее с кулаками Володя.
Ковнацкая завизжала и спряталась за спины девочек.
А как ты докажешь, что ты это ты? крикнула она, очутившись в безопасности.
Володя опешил. Действительно, доказать, что ты это ты, было трудно, даже невозможно.
Ага! Ага! торжествующе запрыгала Ковнацкая. Вот и не можешь!
Но Володя смог. Он растолкал девчонок и добрался до Ковнацкой, цепко схватив ее за косичку.
Теперь веришь, что я это я? Академики за косы никого не таскают.
Верю, сквозь слезы прошептала Ковнацкая, и Володя ее отпустил.
Раз ты так, то и я всем расскажу! крикнула она, отбежав подальше.
Что? Что? взбудоражился класс.
Они с одним стариком на тучу залезли, но свалились! Ковнацкая захихикала.
Куда? На какую кучу? недоумевали ребята.
Не кучу, а тучу. Сама видела. Еще языки мне оттуда показывали
Да не показывал я
Ага, видите, сознался, что лазил! Да разве школьник имеет право на тучу забираться? Лучше бы макулатуру собирал вот польза. Кстати, раз вас теперь с братом двое, то вы должны и макулатуры больше принести.
Еще чего больше! возмутился Володя. Но за сбор макулатуры отвечала Ковнацкая, и потому спорить с ней особенно не стоило.
А не принесешь, я твоей маме все расскажу и про старичков подозрительных, и про братьев троюродных
Ладно, не пугай. Тебя никто не боится. Я и сам хотел больше принести, так и быть, пообещал Володя и пошел на свое место. Не хватало еще, чтобы всей этой историей заинтересовалась мама.
Глава девятая, в которой главным действующим лицом становится макулатура
О, смотри, машина новой марки, попытался отвлечь его Володя. Но Дина не так легко было сбить с толку: он упрямо ждал ответа.
Это ненужная бумага, пришлось разъяснить ему.
Так зачем же она?
Из нее потом сделают нужную.
А из нужной снова ненужную? засмеялся Дин.
Чем смеяться, лучше бы придумал, где нам ее набрать, рассердился Володя.
Дин замолчал. А с утра началось что-то невероятное. К школе потянулись один за другим дяденьки высокие и низкие, толстые и худые и все тащили с собой связки бумаг. Отдышавшись, они спрашивали, где найти Ковнацкую. Потом доверительно шептали ей: «Я от Володи», ссыпали бумагу в школьный подвал, вытирали пот со лба и уходили.
Вначале Ковнацкая радовалась. Но когда подвал переполнился, она забила тревогу. Отыскала в школе Володю и устроила ему сцену. Володя, подхватив портфель с Дином, выскочил на улицу. Возле подвала выстроилась очередь.
Мы от Володи. Почему у нас не принимают?
Хватит, миленький Дин! взмолился Володя.
Сейчас, сейчас.
Дин спрыгнул на землю, став сразу Володиного роста, и хлопнул в ладоши. Очередь молча сложила связки возле двери подвала и разошлась. Двор быстро опустел.
Глава десятая, в которой детям до шестнадцати очень хочется попасть в кино
Володя тоже мог поддержать разговор. На этой неделе он водил Дина в кино на «Марию-Мирабеллу», а по телевизору они смотрели «Транссибирский экспресс».
А как он того дверью, а? вставил свое слово Володя.
Все ахали и ухали, обсуждая драку. И почему это из фильма запоминаются именно драчливые
сцены?
Ага, ага, поддакивали в ответ смотревшие, а не смотревшие с завистью шмыгали носами.
А он сиганул через окно и по вагонам! А тот лежит, вот умора! рассказывал, что посмешнее, Володя. И все дружно смеялись вместе с ним.
В таком разговоре можно было даже обходиться без слов, а только намекнуть: ребята и так легко догадывались, о чем идет речь. Кто не посмотрел новый фильм сразу выпадал из коллектива. Не о чем с ним было беседовать. Да и невозможно. Ведь он ничего не понимал в самых простых разговорах. Вроде такого: