Беседа прервалась. Покормив грудью и убаюкав сына в качалке, Анисья продолжила трудный разговор с взбунтовавшимся Вячеславом Шило.
Дорогой мой! взяв его руку и согревая подрагивающие пальцы теплом своих ладоней, тихо заговорила Анисья. Запомни и обдумай. Борясь за партию нового типа, Ленин учит нас осмыслить и понять предпосылки этого. Он говорит, что в России назревает революция и такое положение, при котором не только народные массы не хотят жить по старому, но и верхи России не смогут управлять по старому. Это называется ситуацией. Время не ждет, дорогой мой. Но мы обязаны понимать, что царское самодержавие не слабенький, а могучий наш враг. В его распоряжении пока и армия, и флот и тюрьмы, возможности жестокой расправы над революционерами. Кроме того, царизм еще не лишен возможности влиять на народ политическими и религиозными средствами. Зачем же нам вдруг обозначать себя террористическими актами? Мы должны научиться противопоставлять нашему врагу не истерику, не экстравагантность, то есть необычно странное поведение или чудачество с его эксцентричностью, а нашу организованность и нашу сплоченность. Не забывай, дорогой, что средства индивидуального террора давно применялись "народниками", но никакого успеха не принесли. Запомни, Вячеслав, требование Ленина: все наши действия должны продуманно и тщательно подготовляться, с соблюдением строжайшей конспирации. Более того. Мы должны учитывать возможность неожиданных поворотов в организованных нами действиях, событиях. И только глубокая продуманность предстоящих действий, соединенная с нашей идейной убежденностью, может принести хорошие результаты, то есть вызвать в народе веру в наши и свои силы, поведет массы под наши красные знамена
Вячеслав слушал, опустив глаза в пол и почесывая ногтем за ухом. Слушал и молчал. Тогда Анисья спросила:
Скажи, Вячеслав, знал ли ты, каков будет результат задуманного тобою террористического акта и как это повлияет на твою судьбу и на судьбу нашей подпольной организации? И скажи, ускорит ли твой террористический акт создание ленинской партии социал-демократов?
Вздохнув и решительно встав со стула, Вячеслав быстро завернул мины в платок. Сделав было шаг к двери, потом резко повернулся назад и уже просящим, а не требующим тоном промолвил:
Ты можешь, Анисья, спрятать эти мины у себя, чтобы я к ним не прикасался? Иначе ведь я могу не вытерпеть. Характер у меня такой
Могу и спрячу, ответила Анисья. Но только изыми взрыватели
А я их еще не вложил, пока не было разрешения организации действовать, повеселевшим голосом сообщил Вячеслав. Он достал из кармана взрыватели, завернутые в тряпицу, подал Анисье. И эти штучки спрячьте, пожалуйста. А еще есть у меня просьба
Чего замолчал? Говори, какая просьба?
Ладно, как верующие открываются у священника "на духу", то есть на исповеди, так и я откроюсь на чистоту. Стажируясь в Севастопольской почтово-телеграфной конторе, я заприметил, что большие суммы на содержание жандармов и полиции приходят в Севастополь через Одесский почтово-телеграфный округ. И вот одолевает меня мысль захватить эти суммы и использовать для нужд нашей организации Можно свершить такую дерзость?
Анисья непроизвольно ахнула. Поерошив густую шевелюру Вячеслава пальцами обеих рук, прошептала:
Ты или фантазер или сумасшедший, начитавшийся детективных романов!
Ни то, ни другое! сухо возразил Вячеслав, самолюбие которого было задето. Да и почему ты считаешь меня ребенком? Я хочу быть ответственным, действовать в полную силу. Мне всячески хочется мстить царю, жандармам, всякой царской сволочи
Ладно, Вячеслав, не сердись, Анисья похлопала его ладонью по плечу. Твое предложение мы обсудим в военной организации и решим, когда можно и нужно будет его осуществить
С этим я согласен, улыбнулся Вячеслав, глаза его повеселели. Но у меня еще есть одна просьба. Можно ли мне выехать из Севастополя на все оставшееся время летних каникул в курортный поселок Кореиз?
Почему именно туда?
Там проживает мой дядя, выходец из украинского села Котельвы. Очень хорошо он поет, а мне, признаться, очень захотелось поучиться у него. Да и он послушает мое пение, посоветует, следует ли мне мечтать об эстрадных выступлениях? Так вот, если можно, завтра же выеду из Севастополя. Конечно, готов выполнить любое поручение организации, если есть доверие
Анисья задумалась. "Пожалуй, Вячеслава надо теперь удалить на некоторое время из Севастополя, пока несколько уляжется здесь все, связанное с нашими недавними провалами и с бешеной активностью охранки. Да и пусть Вячеслав успокоится, чтобы действовать хладнокровнее. Какое же ему дать задание? Впрочем, дам задание. Батумские товарищи прислали мне шифровку и просили связать их с агентом "Искры". С каким же? Пожалуй, напишу об этом шифровку товарищу Шкляревичу. Ведь он, судя по его последнему письму, пока живет в поселке Кореиз"
Молчишь, Анисья! воскликнул Вячеслав. Значит, не нравится мое предложение и просьба?
Да нет, Вячеслав, я просто обдумываю. И твое предложение мне нравится. Ведь у тебя действительно хорошие вокальные способности, так что очень хорошо будет, если и дядя послушает тебя, посоветует. Но и задание тебе дам, партийное: передашь одному товарищу мое небольшое шифрованное письмо.