Быстро развернуть гаубицу! Орал кто-то со стороны колонны.
Издали было слышно недовольное шипение Тягача, который нёс тяжёлое орудие на своём горбу.
Орудие к бою готово! Послышалось после того, как Тягач глубоко вцепился в асфальт и почву когтями.
Триста! Тридцать! Три!
Орудие выстрелило с неземным грохотом. Инфернальный снаряд прямой наводкой пронёсся над нашей позицией, оглушив нас баллистическим потоком. В сотне метров по прямой в столбе пыли он разорвался с диким грохотом, осветив инфернальным огнём свою цель.
Огромный бронированный ангел, который превосходил остальных размером раз так в пять, а то и все семь. Обычные тряпочные белые одеяния сменила толстая стальная белоснежная броня на всё тело и полно лицевой шлем с опущенным забралом. Гигантские белые крылья раскрытые за спиной протирали здания, обрушивая часть облицовки. Кажется, что свежее попадание из орудия совсем не нанесло вреда этой махине. Однажды я уже видел эту тварь, которую вскоре прозвали Палач, в начале вторжения, когда спастись можно было только бегством или под тщательным укрытием.
Палач занёс над головой невероятно длинный меч и уже через пару секунд приложиться им вдоль наших позиций и заденет часть колонны. Людвик не успеет перенести нас всех, поэтому он лишь возвёл дополнительный защитный барьер и надеялся не на прямое попадание. Меч опустился, полностью затмив солнце на один миг, и с ужасающей силой впился в землю. Грохот, ударная волна, искры, огонь и пронизывающие душу людские крики. Всё смешалось в единый порыв страха, смерти и неотвратимости неизбежной гибели. Барьер Людвика не выдержал напора и развалился почти сразу же. Ударной волной и осколками окружения наши позиции посекло. С неприятным звериным треском я слышал, как поражающие элементы из стекла, осколков железа и металла, врезались в стены, корпуса автомобилей, ящики и людей, неся неотвратимую погибель каждому встречному. Я почувствовал тепло на лице. Струйки крови затекали в глаза, а я не мог пошевелить руками, чтобы открыть себе обзор. Опустив голову от бессилья, я увидел разодранную рану на своём животе и тот час же принялся угасать.
Глава 4
Куда идти, Василис? Недоумевающим голосом спросил я.
На улицу. Сейчас дом рухнет.
Как рухнет, что происходит?!
Я почувствовал резкий запах гари. По всей видимости был уже вечер, но в квартире стояло огненно-красное зарево. Чёрный дым расползался из кухни в комнату, заволакивая всё чистое и свободное пространство. Стало трудно дышать. Я схватил дочь и понёсся на кухню. Жена лежала неподвижно на полу, в её голове зияла глубокая открытая рана.
Господи, Ася! Я пытался пробудить жену, отказываясь верить в очевидное.
Василис, я сейчас подниму маму на руки, а ты крепко держись за меня и ни за что не отпускай! Поняла?!
Дочь только молча кивнула и её слеза скатилась по щеке, оставив след на золе.
Я поднял Асю и убедился, что дочка схватилась за меня.
Папа! Успела крикнуть Василиса, прежде чем неизвестная двухметровая фигура с белыми крыльями за спиной не занесла меч над нашим головами.
Папа! Пап! Пру! Прут! Очнись!
Я еле открыл глаза, кровь запеклась на веках и я с трудом их разомкнул, и то только один правый глаз. Замутнённым зрением я разглядел Стерву, которая пыталась меня пробудить. Пепельное пятно схлопнулось несколько раз за её спиной. Разные фигуры вновь и вновь появлялись из серого пепла.
Это последний. Сказал знакомый голос Людвика.
Наши все здесь?! Спросила Стерва, тампонируя мою кровоточащую рану на животе.
Да. Успел захватить ещё несколько с соседнего отряда.
От бессилия моя голова опрокинулась
на левую сторону и я увидел Шныря, который уже приходил в себя и оценивал обстановку.
А Зверь? Со слезами на глазах спросила Стерва.
Людвик лишь молча покачал головой из стороны в сторону. Стерва молча залилась слезами, не издав ни звука, ни всхлипа.
Людвик залез в нагрудный карман и достал от туда массу отвратительного месива, некогда похожее на человеческое сердце. С мерзкого куска плоти стекали чернильные массы, источая зловонье на всю округу. Людвик протянул эту гадость Стерве, предварительно нацарапав какие-то письмена прямо на мясе.
Как найдёшь подходящий сосуд, замени сердце на это. Сказал Людвик, словно озвучивал инструкцию по смене батареек на пульте от телевизора.
Но Стерву это не сильно смутило и она молча взяла вонючую массу, сунув её в свободный карман на разгрузке.
Сильно мальца потрепало? Спросил Шнырь.
Стерва как раз меняла повязку. Она открыла рану, и я увидел свой вспоротый живот. Разрез был очень глубоким, рваные ужасные края рваны и часть кишок торчащих наружу не приободрили меня нисколько.
Да. Медик нужен срочно. Ответила Стерва, пытаясь скрыть свой зарёванный голос.
Держись браток, подлатаем тебя. В соседнем подразделении была демон медик. Сказал Шнырь, наклонившись ко мне, а затем немного отпрянул к Людвику. Это был Палач?
Он самый. Нанёс один удар и исчез. Доложил Людвик. Те, кто были с нами на рубеже, почти все погибли. Хвост колонны разбит. Гаубица и Тягач потеряны.
Твою мать, всё катится к чертям Прошипел Шнырь. Ротный?