- Прохладно тут у тебя, Борька, - заметил он. - Сейчас согреемся.
В следующий миг Мельников заметил ярко-красный
свет на кончиках пальцев своего визави, а еще через секунду на столешницу с характерным скрипом прямо из ладоней Ивана посыпалась целая гора пышущих жаром углей. Едко пахнет дымом, жар ударяет в лицо, а угли продолжают гореть. Борис Сергеевич оцепенел, хотя, по идее, нужно бежать, хватать огнетушитель и тушить пожар. Но академик почему-то не тронулся с места, продолжая смотреть на угли, которые Иван спокойно ворошит руками, насыпая в кучки и снова распределяя по столу ровным слоем. Самое интересное, что на столешнице раскаленные угли не оставляют ни малейших следов. Впрочем, как и на руках самого Ивана.
Решившись на собственный эксперимент, Мельников протянул руку и осторожно взял двумя пальцами один из угольков. Пальцам стало горячо, но терпимо, уголек легко крошится, осыпаясь меж пальцев серой крошкой.
- Твою мать! - вырвалось у почетного академика спустя еще минуту.
- Ты матом тоже пятьдесят лет не ругался? - иронично подколол Иван. - Можешь выложить из угольков неприличное слово, если вслух стесняешься.
Ничего не отвечая, Борис Сергеевич в полной прострации почти целую минуту продолжал ворошить угли. Наконец, Иван решил прервать забаву. Он поднял руки над столом, ладонями вниз, и все угольки ярко вспыхнули оранжево-красными точками, и пропали, словно их и не было.
- Объяснять будешь? - тихо спросил Мельников.
- Это программа, или «демон», как у нас это называется, - охотно ответил Иван. - Она создает трехмерную модель настоящих угольков. Почти как в жизни.
- Иллюзия? Внушение?
- Нет, объекты реальные, то есть настолько реальные, насколько человек их может ощутить. Силовые поля, скажем так, образуют контуры объектов и красят их в нужные цвета. Они же создают тактильные ощущения и тепловое излучение.
- Силовые поля?! - оживился академик, чуть ли не вскакивая с места.
- Потом расскажу, - снова отмахнулся Иван. - Тут главное, что ты знаешь рамки возможного в технике. Все это далеко за их пределами, как ты понял.
- А запах откуда? - подозрительно спросил Мельников.
- Запах настоящий, синтезированные частицы дыма.
- А почему пожарка не работает? - Академик все еще пытается за что-то зацепиться, чтобы не верить до конца.
- Я ее выключил.
Борис Сергеевич поглядел вверх и не увидел на потолке красную звездочку включенной пожарной сигнализации.
- Ловко, - вздохнул он. - Ты так любой прибор можешь?..
- Любой, если он сделан на Земле, - тихо сказал Иван и умолк, следя за реакцией уважаемого академика, который в этот момент, словно язык проглотил. Наконец, до него дошло.
- Ты хочешь сказать, что
- Какие еще у тебя варианты?.. - веско спросил Иван. - Ты бы в своей лаборатории смог такое сделать? Хотя бы за пять лет и с бюджетом в триллион рубликов?
- Да хоть в десять триллионов, не поможет, - признал Борис. - А как ты это сделал? Где вся эта техника спрятана?
- Она не спрятана, она перед тобой, - ответил Иван. - Это импланты. Целая система, сорок восемь основных частей и несколько сотен вторичных, или вспомогательных. Большинство из них в нано-размерах, но есть и более крупные. Почти все они в костях, внутри.
- Докажи, - решительно заявил академик. - Ты же понимаешь, как это все звучит.
По комнате словно прокатился мрачный вздох - мощная инфразвуковая волна действует на психику угнетающе. Оконные стекла мгновенно стали непрозрачными, и вдоль стен ярко вспыхнули длинные оранжевые полосы, словно светильники, которых тут никогда не было. Еще через пару секунд они погасли, а потолок и стены исчезли, сменившись черной пеленой космоса. Лишь стол и два человека за ним остаются видны посреди этой холодной черноты.
Оробевший Борис Сергеевич заставил себя оторваться от созерцания пустоты и взглянуть на Ивана, в глазах которого теперь ярко сияют фиолетовые ободки, особенно хорошо заметные в почти полной темноте.
- Что у тебя с глазами? - Любопытство настоящего ученого перевесило робость.
- Мультиспектральные сенсоры, очень полезная штука, - охотно объяснил Иван. - Обычно их не видно, я специально для тебя так сделал. Я могу видеть и через проекцию, прямо в мозги, но своими глазами, пусть слегка улучшенными, все же приятнее...
- Охренеть, - прошептал Борис Сергеевич.
- Я все это тебе показываю не ради любви к искусству, - терпеливо начал Иван, - Посмотри вон туда, наверх. Проникнись. Красиво? Очень. И опасно. Тоже очень. Все эти игрушки оттуда.
- Значит, «они» существуют, ты к этому ведешь? - медленно проговорил Борис Сергеевич. - Подумай, Иван, подумай, если это все-таки ты. Как это все звучит? Инопланетяне. Импланты. Твое фаер-шоу. Скажу честно, я всю жизнь очень хотел в это верить,
что мы не одни и все такое
- Но наука пока не в курсе дел, - иронично договорил за него Иван. - Очень хорошо знаю. Есть тысячи известных экзопланет, но до них не долететь, леталка не выросла. Спектроскопия за полвека неплохо продвинулась, и у нас есть четкие следы органики в атмосферах некоторых планет, но и только. Есть такие планеты, где имеется жидкая вода, и их даже много. Есть огненные миры, есть ледяные миры. Есть кислородные, есть метановые, есть намеки на фтор. И ни одного радиосигнала, так? Все эти огромные новейшие антенны достают до самой «эры рекомбинации», космологи в экстазе, а правнуки основателей SETI (проект по поиску внеземных цивилизаций - прим.авт.) продолжают деньги собирать и обещают, что вот-вот найдем?