Понятно, многозначительно сказал Абакумов, а вы знали, что Метелкин, как бы это сказать попонятнее сказать, сосет серебро.
Как это сосет? не понял Бурденко.
А вот доктор, в бытность заведующим столовым серебром в одной уважаемой организации, стал рассказывать начальник СМЕРШа, вес серебра уменьшился на сто грамм, но ни один предмет не пропал. И повреждений предметов не обнаружено. Что он с серебром делал? Только сосал.
Нее, нет, что вы, запротестовал Бурденко, такие феномены металлы не сосут, они питаются им на молекулярном уровне. В Тибете был один монах, который вот так же питался золотом и потом впал в транс и его тело начало мумифицироваться золотом. Он обещал проснуться лет через двести и золото будет поддерживать его жизнь все это время. И что вы думаете? Так и сидит в позе Будды, не тлеет, а жизнь в нем, кажется, теплится и все ждут его пробуждения. Ваш рассказ про серебро дает возможность многое понять.
Что именно понять? Абакумов весь напрягся.
Я понял, отчего Метелкин так быстро выздоровел, и хирург потянулся за рюмкой с коньяком. Абакумов успел наполнить ее
и налил немного коньяка себе. Серебро делает его неуязвимым, а ртутный синдром во взаимодействии с ионами серебра усиливают серебряный эффект.
Но, вообще-то, Николай Нилович, Абакумов любил щегольнуть своей образованностью, соединение благородного металла с ртутью создает амальгаму. Ртуть портит золото и серебро.
Ртути никакой нет, Виктор Семенович, сказал Бурденко, просто внутренние органы похожи на ртуть, а серебро их защищает. Но я этим делом еще займусь. С ним работает капитан медицинской службы Добрый День Екатерина Федоровна. Знаток Тибета и вообще специализируется на всем необычном.
Обязательно займетесь им, Николай Нилович, сказал Абакумов, но только после войны. А сейчас я попрошу вас откомандировать лейтенанта Метелкина и капитана Добрый День в мое распоряжение. И считайте, что этот вопрос уже решен на самом верху. Мы сохраним его для вашей научной работы после войны. Рад был увидеться.
Абакумов встал и протянул руку для прощального рукопожатия.
Глава 6
Товарищ Сталин, начал он докладывать громким голосом, предварительно щелкнув каблуками щегольских хромовых сапог, на фронте появился опытный объект гитлеровских секретных научных лабораторий, который неуязвим для нашего стрелкового оружия. Объект одет в полевой эсэсовский мундир с погонами лейтенанта, стреляет серебряными пулями только в офицеров и тех, кто заменяет в бою командиров. Факт появления объекта зафиксирован свидетельскими показаниями и вещественными доказательствами в виде двух серебряных пуль, извлеченных из выжившего от ранений младшего лейтенанта. Данный факт оказал довольно сильное влияние на морально-психологический настрой войск.
Странно, сказал задумчиво Сталин, а Берия со Щербаковым не докладывали мне об этом феномене. И моральный дух войск у них высок. Я у них поинтересуюсь этим. Неужели они хотят товарища Сталина держать в неведении. А вы, товарищ Абакумов, что предполагаете делать?
Полагаю, что нам нужно поймать или уничтожить этого выродка, товарищ Сталин, отчеканил начальник СМЕРШа.
Правильно, подчеркнул Верховный, поймать или уничтожить, но лучше поймать. И кто же его будет ловить?
Младший лейтенант Метелкин с группой снайперов, товарищ Сталин, сказал Абакумов.
У фашистов лейтенант, а у нас младший лейтенант, задумчиво сказал Сталин, не слишком ли мы недооцениваем противника, а, товарищ Абакумов? Присвойте ему звание лейтенанта, стимулируйте будущую работу. Не экономьте на спичках, когда речь идет о безопасности Отечества.
Слушаюсь, товарищ Сталин, Абакумов четко повернулся, щелкнул каблуками и вышел.
Встреча Сталина с начальником Главного политуправления Красной Армии Щербаковым.
А скажите-ка мне, товарищ Щербаков, сказал Сталин, прохаживаясь мимо стоящего навытяжку Щербакова в штатской одежде, как у вас поставлена партийно-политическая информация? Как проходит информация прямо от солдата и до Верховного Главнокомандующего?