Не спорь со мной, в кои веки я приехала, ты моя дочь, мы семья, мы должны быть вместе. Два часа, надень что-то не слишком вызывающее, это приличный ресторан. Я позвоню.
Инна исчезла так же внезапно, как и появилась, оставив меня с плохим предчувствием и разными нехорошими мыслями.
И вот я сижу за столом «приличного» ресторана, ковыряюсь в рыбе, мы кого-то ждем. Тот самый сюрприз и новость, о которой мать хочет мне рассказать. Не представляю, чем она может меня удивить, ее новые титьки я вижу, но незамеченным не осталось обручальное кольцо с огромным камнем на безымянном пальце.
А вот и он. Дима, почему так долго?
Наблюдаю, как мать капризно надувает губы, как при этом вскакивает, кидается на шею мужчине, тот позволяет ей это сделать, но сам не выражает никаких эмоций.
Ты снова задаешь лишние вопросы, зная о том, что я их не люблю.
Ответ порадовал, я даже улыбнулась, но улыбка тут же исчезла с моего лица, плечи напряглись, по спине прошел холодок. Когда мужчина сел на свое место и небрежно откинул салфетку в сторону, посмотрел на меня, стало не хватать воздуха.
Брюнет, его можно было назвать красивым. В тусклом освещении казалось, что у него черные глаза. Густые брови, четкие черты лица, прямой нос, темная щетина, цепкий, внимательный взгляд, в нем есть что-то дьявольское, что-то темное, нехорошее.
На широких плечах безупречно сидит пиджак, светлая рубашка, две верхние пуговицы расстегнуты, слегка загорелая кожа. Он молчит, откидывается на спинку стула, продолжая смотреть только на меня. Хочется встать и уйти, вызвать такси, уехать в академию, а лучше перемотать этот день нет, неделю назад и не соглашаться на партию Джульетты.
Изучает, медленно стуча указательным пальцем по скатерти, на манжете бриллиантом сверкает запонка, а на крупной кисти татуировка. Странный тип и опасный. Физически чувствую, как его взгляд скользит по лицу, задерживается на губах, потом на шее, груди. Из-за щетины не могу понять, сколько ему лет, около сорока, наверное.
Ну вот, теперь мы все в сборе. Как одна семья. Виталина, познакомься, это Дмитрий, Дмитрий Горн, мой муж. Мать аккуратно кладет свою ладонь на руку мужчины, улыбается, она счастлива и влюблена. Дима, это Виталина, моя дочь.
Глава 3
Теоретически я предполагала, что моя мать когда-нибудь снова выйдет замуж. Она еще молодая, здоровая
столе телефон, который лишь мигает экраном.
Тебе понравились цветы?
Вопрос ставит в тупик не только меня.
Цветы? Какие цветы, Дима?
Понравились? переспрашивает, не обращая внимания на мать.
Нет, не люблю красные розы.
Снова улыбается, ему нравится мой ответ, другого не ждал.
Дима, что за розы?
Инна, помолчи, я тебя просил не жужжать назойливой мухой.
Если на этом все, я пойду. Не хочу мешать вашей милой семейной беседе. Не скажу, что было приятно познакомиться. Надеюсь, больше не увидимся.
Вита!
Мать хочет сказать что-то еще, некрасиво скривив губы, злится, а мне ее злость как сладкий мед.
Присядь, мы еще не закончили.
Горн даже не повышает голоса, но я его слышу, смотрю в глаза уже без страха, но все равно с каким-то трепетом внутри.
Я не ем сладкое.
Меня не волнует, что ты ешь, а что нет.
Даже любопытно, что он скажет, только ради этого опускаюсь на стул.
Утром мы уезжаем домой. Ты, Виталина, едешь с нами.
Несколько секунд думаю об услышанном. Словно это было сказано не мне, а кому-то другому. Слова о доме звучат странно. Моим домом вот уже восемь лет является академия.
Домой? Куда домой? Мама, объясни.
Впиваюсь взглядом в свою мать, требуя объяснений, даже дурно становится. Горн все так же расслаблен, Инна просто улыбается.
Что здесь непонятного, Виталина? Домой это значит домой. В наш дом, где ты родиласьи где теперь мы будем жить одной дружной семьей. Я, мой муж и твой отчим Дмитрий и ты.
Она пьяна?
Было ощущение, что это розыгрыш, некий театр абсурда с плохими актерами, куда я попала отчасти по своей воле. И сейчас люди, сидящие за другими столиками, поднимутся, начнут аплодировать и кричать, что все это шутка и что нас снимала скрытая камера.
Мы дружно посмеемся и разойдемся по своим домам, но нет, ничего такого не происходит. Горн по-прежнему сверлит взглядом, будто пытается разглядеть что-то такое, чего еще не видел. Мать улыбается, а я не понимаю, как реагировать на этот бред.
Вы все с ума посходили? О каком доме и семье вы говорите? Ты сама меня отдала в академию восемь лет назад, избавилась, чтобы не видеть. А сейчас ты говоришь о семье?
Ты сама хотела в эту чертову академию, я угрохала на тебя кучу денег только для того, чтобы ты в свое удовольствие махала ногами. И все еще продолжаю за это платить. Так что будь добра, не устраивай сцены, мы летим домой, так хочет Дмитрий, у тебя все равно каникулы.
Вот оно, истинное лицо моей матери. Когда надо, она умеет быть гиеной.
Ну зачем ты так, Инна? У девочки был непростой день, она на нервах. Но успокоится, хорошо подумает и соберет вещи. Вылет в девять, за тобой заедет Вальтер, а сейчас он отвезет тебя обратно.
Я сама дойду, не надо.
Вальтер довезет, а ты сядешь и поедешь.