Лоренс Блок Окоченевший
© 1962 by Lawrence Block Frozen Stiff
© Константин Хотимченко, перевод с англ., 2025
https://vk.com/litskit
Перевод выполнен исключительно в ознакомительных целях и без извлечения экономической выгоды. Все права на произведение принадлежат владельцам авторских прав и их представителям.
Да иди уже домой, сказал ему Брэд. Никто не захочет больше покупать бараньи отбивные. Ты закончил смену, иди отдыхать.
Парень оскалил зубы в улыбке и кивнул. Он снял фартук, аккуратно повесил его на крючок, надел поплиновую ветровку.
Спокойной ночи, сказал Брэд.
А вы еще остаетесь?
Да, приятель. На несколько минут, сообщил Брэд. Мне нужно сделать несколько вещей на завтра.
Парень подошел к двери, но в последний момент обернулся.
Следите за морозильником, мистер Малден. Если вы туда зайдете и дверь закроется, никто оттуда вас не вытащит.
Брэд улыбнулся.
Я буду осторожен.
До завтра, мистер Малден.
Угу, отозвался Брэд. Конечно. Иди уже!
Парень вышел. Брэд смотрел, как за ним закрывается дверь, затем прошел за мясной прилавок и облокотился на него, опираясь на локти. Он был крупным мужчиной, грузным, широколицым и бочкообразным. Ему было сорок шесть, но выглядел он на много лет моложе, пока вы не увидите нахмуренный лоб и нарисованные, озабоченные морщины в уголках рта. Тогда он выглядел на все пятьдесят. Он сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Он взял тяжелый тесак с крюка позади себя, поднял его высоко над головой и опустил на деревянную разделочную доску. Лезвие погрузилось в блок на четыре дюйма.
Все еще сильный, подумал он. Как бык.
Он оставил тесак воткнутым в деревянную доску. Морозильник был в задней части, и он прошел к нему через покрытый опилками коридор. Он открыл дверь и заглянул внутрь. С потолка свисали куски говядины. Другие куски и туши мяса были свалены на полу. На покрытых инеем стенах висели тесаки и крюки на колышках. В помещении было очень холодно. Равномерно гудел двигатель рефрежератора, поддерживая минусовую температуру.
Он посмотрел на внутреннюю сторону двери. Там была предохранительная защелка, установленная таким образом, чтобы дверь можно было открыть изнутри, если человеку удастся как-то случайно запереться.
Два дня тому назад он сломал предохранительную защелку. Он сломал ее аккуратно и намеренно, одним ударом тесака, а потом рассказал мексиканскому пареньку, об этой беде.
Следи за собой в холодильной камере, наставлял он парня. Я случайно сломал чертову защелку. Если дверь захлопнется за тобой, у тебя будут проблемы. Комната звуконепроницаемая. Никто тебя не услышит, если ты будешь кричать. Так что убедись, что дверь открыта, когда ты там.
В тот же вечер он рассказал об этом и Вики.
Сегодня я поступил не очень умно, сказал он. Сломал чертову защелку на двери холодильного бункера.
И что? сказала она сморщив носик.
Поэтому я должен следить за этим, пояснил он. Дверь закрывается сама по себе, когда кто-то там, и выхода нет. Парень может замерзнуть до смерти, если будет не внимательный.
Ты должен все починить!
Ну, сказал он, пожимая плечами, Когда-нибудь.
Еще несколько мгновений он стоял, глядя в холодное помещение. Затем он медленно повернулся и пошел обратно к входу в магазин. Он закрыл дверь, запер ее на засов. Он выключил свет. Затем вернулся к морозильнику.
Он снова открыл дверь. На этот раз он вошел внутрь, остановив дверь небольшим деревянным клином. Клин оставил дверь открытой на дюйм или около того. Он сделал глубокий вдох, наполняя легкие ледяным воздухом.
Брэд посмотрел на часы. Пять пятнадцать, гласили они. Он сделал еще один вдох и медленно, мягко улыбнулся сам себе.
К восьми или девяти часам он был бы мертв.
Все началось с небольшой боли в груди. Просто щекотка, на самом деле. Ему было тяжело, когда он делал глубокий вдох, и иногда это заставляло его
мясо, тесак опустился, перевернулся один раз и упал на пол лезвием вниз.
Он попробовал четыре раза, чтобы убедиться, что это работает. Он ни разу не промахнулся. Затем он поднял тесак с пола, вытер фартуком свои отпечатки с лезвия и рукоятки и положил тесак на кусок мяса. Это была баранья нога, мясо было кроваво-красным, а жир болезненно-белым. Он сел на пол, затем растянулся на спине, глядя снизу вверх на баранью ногу. Хорошее мясо, подумал он. Прайм.
Он улыбнулся, напрягся от боли в груди, расслабился и снова улыбнулся. Не совсем нравится уходить таким образом, подумал он. Не безболезненно, как замораживание. Но быстрее.
Он поднял ногу, коснулся ногой бараньей ноги. Он слегка подтолкнул ее, и... тесак прорезал воздух и нашел его горло.