КАЙЛИ ХАНТЕР«ДВОЕ ЛГУТ: КТО-ТО ДОЛЖЕН УМЕРЕТЬ»Серия: Экстрасенс Давина Рейвен: криминальный триллер-2
Перевод:Редактура: MonaBurumba
Русификация обложки: Hexany
Переведено специально для группы: vk.com/monaburumba
Глава 1
Когда очередной прохладный сквозняк прошелся по затылку, я перевернулась лицом к окну, заставив себя открыть глаза. Занавеска в спальне развевалась, прокладывая путь между тумбочкой и кроватью, ее край колыхался на ветру всего в нескольких сантиметрах от моего лица.
Окно моей спальни было открыто. Я резко села.
Сбросив с себя одеяло, вскочила с кровати, схватила с тумбочки электрошокер и прижалась спиной к стене. В замешательстве я вспомнила прошедший вечер. Уйдя с ежегодного благотворительного приема Эдит, я поехала домой. Хотя было еще не очень поздно, Фрэнсис уже спал, вероятно, все еще одурманенный ужином с успокоительным, которым я накормила его перед уходом.
Налив себе стакан холодного чая, я проверила все двери, а затем закрылась в своей спальне, заперев оба замка. Хорошо помню, что перед тем, как переодеться из коктейльного платья в футболку и пижамные шорты, я проверила окно. Оно было закрыто. Заперто. Жалюзи опущены и вплотную прилегали к подоконнику.
Теперь жалюзи оказались подняты до самого верха, пропуская ранний рассвет. Прохладный утренний ветерок проникал в открытое окно, раздувая декоративные занавески.
Как? Как открылось окно? Я его открыла во сне? Я опять ходила, пока спала?
Я повернула голову в противоположную сторону. Задыхаясь, уставилась на дверь своей спальни. Мало того, что оба замка не заперты, так еще дверь открыта и прижата к стене комнаты.
«Фрэнсис», подумала я, когда по спине пробежал холодок.
Я сжала электрошокер обеими руками, скрестив указательные пальцы над курком, готовая нажать на него. Держась спиной к стене, я шагнула вбок, оказавшись между стеной и комодом. Высвободив одну руку придвинула сумочку, лежащую на комоде, за ремешок к себе. Прислушиваясь к любым звукам в доме и пытаясь услышать Фрэнсиса, я нащупала во внешнем кармане свой телефон.
Снаружи дома, во дворе, радостно заливались птицы.
Внутри дома до меня доносилось только тихое гудение чего-то механического, скорее всего, холодильника. Я не слышала, как Фрэнсис передвигается по дому. Ни шарканья его ног, ни скрипа половиц. Ни его тяжелого дыхания в коридоре, в ожидании нападения.
Засунув электрошокер под мышку, я отправила сообщение Ноа: «У меня проблемы».
«Ты дома?» Ноа ответил через несколько секунд.
Я быстро ответила «да», затем подождала.
«Уже еду», написал Ноа.
Я положила телефон на комод, чтобы снова схватить электрошокер. Опустив взгляд, увидела, как он дрожит в том же ритме, что и мое трясущееся тело.
Мне было не просто страшно. Я испытывала ужас. С меня катился пот, но я чувствовала лишь леденящий страх.
Я была открыта. Куда бы ни посмотрела, я видела потенциальное оружие, которое Фрэнсис мог использовать против меня. Я попыталась проанализировать все, что находилось в комнате, прикинуть, не пропало ли что-нибудь, учесть оружие, которое, возможно, уже у Фрэнсиса.
В углу я заметила свою бейсбольную биту, на комоде три ручки, а возле лампы нож для писем. Все это идеальное оружие, но оно учтено. Пока я осматривалась, кое-что привлекло мое внимание. Я опустила глаза и с удивлением обнаружила,
Прикусив нижнюю губу, я шагнула вперед, и кровь покрыла подошву моей ноги. Сделав еще два шага, я пыталась соврать себе, что это всего лишь вода.
Подойдя к краю стены, я увидела Фрэнсиса, который сидел в кресле, откинувшись в сторону и не двигаясь.
Я смотрела на Фрэнсиса, продолжая топтаться в луже.
Его правая рука была приставлена к шее, два пальца все еще оставались сцеплены на рукоятке большого ножа. Лезвие погрузилось под кожу. Кровь залила кисть, руку и, поскольку он опирался локтем на подлокотник кресла, она, должно быть, натекла в лужу на полу.
Я шагнула вперед, протягивая к нему руки, но замерла, когда мое внимание привлекли его глаза. Остекленевшие, туманно-белые глаза. Я уже видела такие глаза. Глаза, которые смотрели мимо тебя, сквозь тебя, не видя ничего. Глаза, затуманенные смертью. Так выглядели глаза моей матери.
Нет, нет, нет, бормотала я сквозь слезы, отступая назад, к стене коридора. Нет, только не это. Этого не может быть.
«Это не по-настоящему, подумала я, поскользнувшись и едва не упав на мокрый пол. Я не могу этого видеть. Мне нужно выбраться».
Я бросилась к входной двери. Пока я нащупывала замок, мои мысли кружились в хаосе, ничего не имело смысла.
Мне нужен воздух. Мне нужно выйти из дома. Я не могу быть здесь. Я не могу смотреть на него. На это насилие.
Выронив электрошокер, я сумела зацепиться одним пальцем за задвижку, отперев дверь, а затем распахнула ее настежь.
Спотыкаясь, выбралась на крыльцо.
«Откуда у него нож?»
Спустившись по ступенькам крыльца, я почувствовала под ногами траву. И рухнула на колени.
Мой отец мертв. Его больше нет. Он покончил с собой.
Я завалилась на бок и улеглась в колючую траву, подтянув ноги к груди.
Я застыла на месте, замедлив ход мыслей и сосредоточившись на отдельных травинках, торчащих из земли в нескольких сантиметрах от моего лица. И тут почувствовала, что растворяюсь в земле. Что-то внутри меня сдалось. Та часть меня, которая всегда продолжала идти вперед. Та часть, которая с раннего детства заботилась о моем отце. Та, которая не оставалась равнодушной.