Помните, сколько было протестов, когда ее взяли под стражу? спросил он. Неужели эти люди думали, что мы освободили убийцу на «моральных» основаниях?
Тем не менее эти основания у нее имелись, возразил я. Карлтон Пейдж жестоко избивал жену! Он довел бедную женщину до крайности. Когда чаша ее терпения переполнилась, она застрелила его!
Я часто слышал, Уотсон, как вы говорите, что кто-то доводит вас до изнеможения, улыбнулся Холмс. У вас возникало желание уложить этих людей выстрелом в упор?
Это другое дело, упрямо заявил я. Над женщиной издевались годами, и в тот вечер она не выдержала. Ее поступок был чисто импульсивным.
Еще бы! Холмс подмигнул Лестрейду. Она выстрелила из револьвера, который «импульсивно» купила несколько дней до того.
Ну, я могу кое-что сказать в защиту миссис Пейдж, промолвил инспектор. Она не отрицала свое преступление и не пыталась его оправдать, сама вызвала полицию, сразу во всем созналась и приняла наказание, как
Как мужчина? улыбнулся Холмс.
Не могу не испытывать
к ней сострадание, мрачно признался Лестрейд. Особенно теперь, когда она сошла с ума.
Господи! воскликнул я. Вы имеете в виду, что она потеряла рассудок?
Ее перевели в заведение для умалишенных преступников. Я узнал об этом лишь недавно. Но когда мне описали ее симптомы, моей первой мыслью было, что они могут заинтересовать мистера Шерлока Холмса.
Пустая трубка выпала изо рта Холмса, а его взгляд прояснился.
По какой причине, инспектор?
Ну, вы любите необычные истории, мистер Холмс, а эта как раз для вашего архива. Миссис Пейдж страдает навязчивой идеей, что ее настоящее имя Эмма Джейн Дарлингтон, более известное как леди Дарлингтон.
Разве это так уж необычно? осведомился я. Сколько сейчас в Бедламе Наполеонов и лордов Нельсонов?
Вы упустили главное, Уотсон, заметил Холмс. Можно понять безумца, воображающего себя знаменитой личностью или даже Богом. Но почему она вообразила себя неизвестной женой сравнительно неизвестного аристократа?
Могу это объяснить, сказал Лестрейд. Она похожа на эту женщину.
Вы имеете в виду внешнее сходство?
Откуда она может о нем знать, вмешался я, пробыв целый год за решеткой?
Благодаря ротогравюре, ответил инспектор.
Вынув из кармана сложенную газетную вырезку, свидетельствовавшую о его глубоком интересе к этому делу, он передал ее Холмсу, а я заглянул ему через плечо.
Это свадебное фото, заметил Холмс.
Теперь я припоминаю! воскликнул я. Этот лорд Дарлингтон был изрядным повесой, но в конце концов решил жениться. Возможно, потому что отец угрожал лишить его наследства, если он не остепенится и не произведет на свет одного или двух наследников. Я усмехнулся, но мои собеседники не разделяли моего веселья.
Взяв у Холмса вырезку, я посмотрел на простое приятное лицо новобрачной. Газета была датирована 1 октября.
Этот брак вызвал немало шума, сказал Лестрейд. Не то чтобы я читал колонки сплетен Дело в том, что отец невесты занимался импортом чая и кофе и едва ли отличался голубой кровью.
По крайней мере она приятная девушка, заметил я в ее защиту.
Да, согласился Холмс. Миссис Пейдж увидела эту приятную девушку в газете, подметила сходство и решила, что она и есть счастливая новобрачная.
Вот именно, кивнул Лестрейд. Тогда и начались все неприятности. Она стала вопить днем и ночью, что ее муж, лорд Дарлингтон, засадил ее в тюрьму, чтобы продолжать свою беспутную жизнь. Несчастная умоляла тюремщиков помочь ей, связаться с ее семьей, с друзьями, даже с самим Дарлингтоном. Она полностью обезумела, мистер Холмс.
Ужасно, промолвил я. Очевидно, жизнь казалась ей невыносимой, и она изобрела себе другую.
Браво! Холмс улыбнулся мне, на сей раз без всякой иронии. Доктор Уотсон поставил точный диагноз. Вы согласны, инспектор?
По-видимому, так оно и есть, неохотно согласился Лестрейд. Вынув из кармана большие часы с репетиром, он покачал головой. Почти полночь. Пожалуй, мне пора домой.
Еще один тост за новый год, предложил я, наливая ему бренди. Он поднял стакан, и мы пожелали друг другу счастливого 1895 года.
Стакан Лестрейда был почти пуст, когда он вспомнил:
Но я ведь еще не рассказал вам о визите лорда Дарлингтона в заведение, где содержится миссис Пейдж.
Холмс снова оживился.
Говорите, лорд Дарлингтон посетил эту женщину?
Да, кивнул Лестрейд. История навязчивой идеи миссис Пейдж каким-то образом достигла его ушей, он связался с одним из наблюдающих ее врачей и поинтересовался, не может ли ей помочь личный визит Дарлингтона и его жены.
Разумная мысль, одобрил я. Если, конечно, женщина в состоянии поверить собственным глазам
Весьма любезное предложение, заявил Холмс, скривив губы в циничной усмешке. Но не то, которого следовало бы ожидать от человека с репутацией Дарлингтона. Он едва ли обладает альтруистическими наклонностями.
По-моему, это была идея его жены. Она убедила его, что такой поступок явился бы актом милосердия. Они вместе отправились повидать несчастную женщину, но с печальными последствиями. Им не только не удалось убедить миссис Пейдж, но она в отместку попыталась сжечь всю лечебницу!