Марвин Хоппл вернулся к прилавку и увидел старого судью Мериама, который и в самом деле попросил мячи для гольфа.
Делии Бранд пришлось преодолеть около ста ярдов под ослепительным солнцем, прежде чем она добралась до своего изрядно потрепанного автомобиля с открытым верхом, доставшегося ей в числе всего прочего от отца после его смерти два года назад. Уже приготовившись открыть дверцу, она вдруг раздумала, постояла немного и затем продолжила путь пешком в прежнем направлении. Даже в сильную жару жители Коуди часто предпочитали пройтись лишних десять минут, чем мучиться в поисках свободного места для парковки в центре города. Но, очевидно, у Делии была и более веская причина отказаться от машины.
Миновав квартал, она вошла в аптеку, где кроме лекарств торговали всякой мелочью и разнообразными прохладительными напитками. Пересекая торговый зал по пути к бару, девушка чуть-чуть задержалась перед чучелом крупного хищника с оскаленной пастью и сверкающими голодными глазами, готового, кажется, в любое мгновение броситься на нее с подставки, на которой он был установлен. На правой лапе зверя болталась карточка с напечатанным красивыми буквами текстом: «Изготовлено Куинби Пеллеттом. Продается».
Обменявшись приветствием с молодым человеком за стойкой, Делия взобралась на высокий стул.
Пожалуйста, «Специальный парковый» коктейль с двумя вишенками, произнесла она.
Взяв вместительный бокал, бармен принялся колдовать: зачерпнул что-то ложкой из двух различных сосудов, затем добавил немного из двух кувшинов и под конец долил недостающее количество жидкости из трех разных краников. Ставя перед Делией бокал с прохладительной смесью и забирая деньги, он сказал:
Передайте дяде, пусть зайдет взглянуть на койота. У него на правом плече шерсть вылезает.
Я это заметила, ответила Делия с рассеянным видом, думая о чем-то своем.
Парень достал тряпку и привычными движениями принялся вытирать стойку. и Выйдя на улицу, Делия дошла до ближайшего угла, повернула направо и, прошагав почти три квартала по Маунтен-стрит, остановилась перед недавно построенным самым высоким зданием в городе, получившим название Саммис-Билдинг. На лифте она поднялась на пятый этаж и, пройдя примерно до середины коридора, нажала на ручку двери, на стеклянной панели которой значилось: «Эскотт, Броуди и Диллон. Адвокаты».
В приемной не оказалось ни души ни на половине, отведенной для посетителей, ни за барьером, где находился телефонный коммутатор и стояли два письменных стола для стенографисток. Направившись было к двери в барьере, Делия в нерешительности остановилась на полдороге, не зная, как ей поступить, поскольку из внутренних помещений доносились громкие голоса.
Внезапно дверь распахнулась, и оттуда, смеясь, вышли двое: высокий мужчина лет тридцати, спортивного телосложения, с крупным подвижным ртом хорошего оратора и живыми серыми глазами, и худенькая изящная женщина среднего роста, примерно того же возраста, из тех, на кого невольно обращают внимание. Появившись, она сразу будто заполнила собой все пространство столь велика оказалась излучаемая ею энергетика. Пожалуй, молодую даму можно было бы назвать красивой, однако люди, знавшие ее только по публиковавшимся в печати фотографиям, зачастую не разделяли этого мнения и считали, что ей просто здорово повезло; про нее болтали, что без огромного состояния, которым она владела, ей, мол, туго пришлось бы с такой невыразительной, заурядной внешностью. Обращала на себя внимание ухоженная, нежной белизны кожа женщины. Однако прежде всего поражали ее глаза желто-зеленые,
с коричневой искоркой. Но самое удивительное, что отчетливо можно было видеть только вблизи, представляли собой их зрачки. Сужаясь, они теряли обычную круглую форму и становились овальными на кошачий манер. Это поразительное свойство неизменно вызывало недоумение у одних и восхищение у других.
Увидев девушку, мужчина резко оборвал смех и поспешил ей навстречу.
Дел! Привет! произнес он, распахивая дверцу барьера. Ты ведь знакома с миссис Коулс, не правда ли?
Делия не шелохнулась, застыв в весьма характерной позе слегка склоненная голова, взгляд немного исподлобья, откинутые назад плечи и чуть прикушенная нижняя губа. Однако ее привел бы в ярость даже намек на то, что она подражает известным кинозвездам, поскольку Делия не уставала твердить о своем презрении к карьере в кино и о том, что никак не связывает свои мечты с Голливудом. И тем не менее любой фанат кино сразу уличил бы ее в фальши.
Я знала ее, когда она звалась миссис Дурошеч, переведя взгляд на мужчину, ответила Делия холодно, с явным намерением задеть его спутницу. Или «пумой», если ей это больше нравится.
О, как забавно! воскликнула миссис Коулс, приближаясь к Делии и внимательно разглядывая ее. Быть может, вы откроете мне Однако, извините, как вас зовут?
Делия Бранд, поспешил представить молодой человек.
Прошу простить меня, но я нахожу, что запоминать женские фамилии пустая трата времени: они так часто меняются Быть может, вы откроете мне, мисс Бранд, кто придумал это прозвище «пума»? Давно пытаюсь узнать. С удовольствием послала бы тому человеку серебряную уздечку или бутылку хорошего вина. Вы не поверите, но оно последовало за мной в Нью-Йорк, в Палм-Бич и даже во Францию. Прозвище мне нравится. Вам известно, кто его автор?